Книга Стану твоим первым, страница 113 – Кира Сорока

Вскакиваем. Фролов с трудом вытаскивает из воды здоровую щуку. Доверяет Феликсу её оглушить, и мы наконец-то собираемся обратно в лагерь.

Правда, перед этим физрук великодушно предлагает нам попробовать порыбачить. Но мы синхронно отказываемся. И оба делаем это из-за Леры. Потому что оба попали под её чары.

Я реально психую, что Феликс лезет. Егоров тоже психует, но старается сдерживаться. Он может это делать, потому что ещё не вкусил Леру. А вот я уже целовал её… и трогал… И я уже реально помешался на ней. Буквально крышей поехал.

Обратный путь занимает минут десять. Фролов всю дорогу говорит с кем-то по телефону — хвалится уловом. Едва оказываемся в лагере, к нам подбегает Костян.

— Короче, пи*дец! — заявляет он с разбегу.

— Не понял…

Вся кровь отливает от моего лица. Взгляд устремляется к палатке Леры, пробегается по полянке. Смотрю на собравшихся у костра учителей и толпящихся на волейбольном поле наших. Моей девочки нигде не видно.

— Лера уехала, — говорит Костян.

Моё сердце сжимается.

— Как это? — кажется, я начинаю задыхаться.

— Её тот охранник увёз.

Мать вашу!

Резко развернувшись, шагаю прямиком к Жанне. Костя останавливает меня, схватив за плечо.

— Нет, прежде чем устроить кипиш, послушай Милу, — толкает меня в сторону поля.

— При чём здесь Мила?! — рычу я другу в лицо, выкручиваясь из его рук. — Ты где был, а?!

Бл*ть! Да, я готов обвинить каждого!

— Мы сейчас всё тебе объясним! Со всем разберёмся, — пытается успокоить меня друг.

Но подгоняют меня подойти к Миле не слова Кости, а то, что Феликс уже с ней треплется. Какого хрена он лезет?!

Врываюсь в толпу наших, Мила стоит в центре, по щекам бегут слёзы.

— Что случилось? Говори! — рявкаю я, увидев её виноватое лицо. — Что ты сделала?

Губы девчонки трясутся. Она напугана. Матвей отталкивает меня, загородив её собой, и встаёт передо мной.

— Это не Мила виновата, Яр. Она лишь сказала Лере о том, что уже всем известно.

— О чём?

— Об изнасиловании.

Это слово больно бьёт меня прямо в солнечное сплетение. Пошатнувшись, отступаю на шаг назад. Врезаюсь в кого-то спиной. Феликс… Развернувшись, хватаю его за грудки. Встряхиваю.

— Ну что? Теперь вам с Вороновой смешно? Отличные у вас приколы, да? Охрененные!

Он зажмуривается. Это не его вина, но он всегда был на стороне этой стервы.

Ищу её глазами. Нахожу. Она стоит невдалеке в окружении десятиклассниц, смеётся.

Феликс вырывается.

— Я сам!

Сжав кулаки, идёт к Лике.

Вновь смотрю на Милу. Матвей продолжает её прятать за собой.

— Яр, успокойся, — сжимает он мои плечи. — Лера сама приняла решение уйти из пансиона. Посмотри вокруг, нет никакого кипиша. Учителя связались с её матерью, та сразу же купила билеты. И один из близнецов должен её встретить.

— А как же я? — вылетает из меня.

— Это ты виноват! — внезапно выпаливает Мила. — Ты же сам разболтал об этом всем!

— Ни хрена! — с рычанием отпихиваю Матвея. Нависаю над лицом девушки: — Кто тебе это сказал?!

— Не знаю… Да все это говорят! Все! — она нервно оглядывается.

— Она права, Яр, — Матвей уже рядом. — Все говорят об этом последние два часа. И непонятно, откуда растут ноги. Инфа такая — Агоев узнал, что Леру в прошлом году изнасиловали. Она остро это переживает. И вообще, немного невменяема после случившегося. Это правда?