Книга Мастер для Маргариты, страница 30 – Виктория Райн

Коля сел в машину, ведь основной труд и ответственность была на нём. А потом началось шоу. «Буратино» зарычал двигателем и поднялся на задние колёса под восхищённый вздох гостей. Всё шло как по маслу, и я уже почти поверила в успех, как вдруг раздался треск.

Резкий и совершенно несвоевременный. «Буратино» замер в неестественной позе, накренившись набок. Один из основных гидравлических цилиндров отказал. Сердце ушло в пятки и грохотало там, едва не заглушая рёв машины.

«Провал. Полный и окончательный, — билась в голове мысль, сводящая на нет все наши старания».

Я метнулась к пульту, пытаясь понять, что случилось, но было поздно. Инвестор уже скривился, словно проглотил лимон, владелец автосалона вопросительно поднял бровь, а гонщик покачал головой, подписывая приговор нашим стараниям.

И тогда Коля сделал то, чего даже я от него не ожидала. Нет, не стал паниковать, не бросил управление машины с извинениями, а просто посмотрел на меня через лобовое стекло и крикнул: «Рита, дай мне управление на ручное!»

Это было безумием! Мы не репетировали такой исход. Он не делал подобного раньше! Но я увидела его сосредоточенный и полный решимости взгляд и просто доверилась ему. Перевела систему в ручной режим и с замиранием сердца смотрела на происходящее уже не как участник, а как зритель.

То, что произошло дальше, нельзя было назвать шоу. Это был танец на грани жизни и смерти. Коля, используя только ручное управление и инерцию машины, заставил «Буратино» двигаться.

Это были резкие, опасные, почти судорожные движения, но в них присутствовала какая-то своя грация и смысл. Авраменко водил машину так, как будто это было продолжение его самого. Рискуя, скрежеща металлом, он превратил провал в нечто уникальное, в демонстрацию нечеловеческого мастерства и хладнокровия.

Когда Коля, наконец, заглушил двигатель и вылез из кабины, взвинченный, но с сияющими глазами, в ангаре повисла гнетущая тишина, а после раздались аплодисменты. Хлопали все и смотрели не только на машину, но и на Колю с тем самым огнём в глазах, который я так мечтала увидеть.

— Вот это да, — произнёс мужчина в костюме, подходя к нам. — Это было захватывающе. Вы показали мне не только шоу, но и его суть. Ваша работа впечатляет, заставляет людей смотреть на всё это, затаив дыхание. Риск. Человеческий фактор. Импровизация. Вы классная команда, — он вынул визитку и протянул мне.

Дрожащими от волнения руками взяла карточку и немного нерешительно улыбнулась ему.

— Я хочу быть часть этого шоу. Пришлите мне полный отчёт со всеми суммами и объёмнее раскройте идею. Деньги я для вас найду. Вы хотите выступать вдвоём?

— Нет. У отца была команда каскадёров, и я надеялась вернуть их в дело.

— Хорошо. Буду ждать приглашение на выступление, — пожал руку Коле и кивнул мне.

Остальные приглашённые гости пообещали сделать рекламу и перед следующими гонками дать нам немного времени на выкат «Буратино» в качестве экспоната.

Когда все ушли, оставив нас, оглушённых победой, я смотрела на Колю, на его уставшее, но счастливое лицо, и не могла вымолвить ни слова. Он подошёл ко мне, обнял и прижал к себе так сильно, что у меня затрещали рёбра.

— Видишь? — прошептал он мне на ухо. — Я же говорил. Вместе мы справимся с чем угодно.