Книга Бывших предателей не бывает, страница 7 – Екатерина Крутова

И тут девушка не выдержала. Уголки губ сами собой дрогнули и поползли вверх. Простой, по-детски милый жест, такой неожиданный в сером будничном мире, контрастирующий с подавленный настроением, подействовал безотказно.

— Спасибо, Максим, — тихо сказала Марго, впервые прочитав имя на бейдже.

— Всегда пожалуйста, Маргарита, — с неподдельной теплотой ответил мужчина. — Хорошего дня.

Из «Бурбон и Ваниль» финансовый директор Бестужева вышла легкой походкой человека, верящего в лучшее и готового послать худшее куда подальше. Солнышко на стакане согревало душу почти так же, как горячий напиток тело, а робкое осеннее солнце подернутую инеем траву.

Камень в груди сдвинулся с места и стал как будто легче. Образ Вольского померк, даже обнаженный пресс уже не выглядел таким уж привлекательным. Девушка развернула фольгу и, отправив в рот квадратик молочного шоколада, прочла на крошечной бумажке: «Рано или поздно рассеется любой туман».

— Предсказание из Книги Перемен? — Марго удивленно выгнула бровь. Она-то ожидала какой-то стандартной мотивационной ерунды навроде: «Верь в себя!» или «Все получится».

Что ж, сегодняшнее утро, как и вчерашний вечер, сумели ее удивить. Но сейчас это удивление было приятным.

Заряда позитива хватило ровно до обеда. Как только порог кабинета переступила Кристина с контейнером салата и прозрачным пакетиком домашнего печенья, Марго отпихнула отчет и со стоном опустила голову на стол.

— Не могу сосредоточиться. Совсем, — выдохнула Бестужева. — В голове сплошная каша.

— Каша из одного ингредиента под названием «Олег Вольский?» — угадала Кристина, отламывая хрустящий, пахнущий миндалем кусочек выпечки. — Давай по порядку. Он твой сосед.

Маргарита обреченно кивнула, сопроводив жест еще одним глухим стоном.

— И он приперся к тебе ночью полуголый...

Еще один согласный кивок.

— … в то время как за стенкой его ждет другая, с которой они вроде «счастливы вместе». Что я упустила?

— Он меня узнал, Крис, — Маргарита протянула руку к печенью, но передумала на полпути. Сладкий миндальный аромат ни с того ни с сего показался ей приторным и тревожным. — С самого начала. Может, в лифте или когда мы вышли на одном этаже. А позже в коридоре смотрел так, словно не было этих десяти лет, будто мы не расставались, и он по-прежнему…

— Стоп! — Кристина подняла руку в командном жесте, останавливая поток переживаний подруги. — Давай я просто озвучу вслух этот бред. Твой бывший жених, который растоптал и выбросил тебя на помойку, поселился в соседней квартире. И вместо того, чтобы ползти на брюхе с повинной, умоляя о прощении, чтобы вернуть нормальные человеческие отношения или, наплевав на бывшую, предаваться страсти на новом месте с новой девкой, он изображает перед тобой шоу голых торсов и ничем не прикрытого гигантского эго? Марго, да очнись ты! — Кристина хлопнула ладонью по столу, отчего печенье выпрыгнуло из пакета прямо на глянцевую столешницу. — Ты же сама говорила, что он альфонс и паразит! Напомнить, как он разорвал помолвку ради Сомовой, дочки какого-то банкира?

Маргарита сжала виски. Память услужливо подкинула образы. Она — провинциалка в дешевом платье, засыпает за книгой на общей кухне в общежитии. А он — Олег Вольский — звезда факультета, спортсмен, остроумный красавец, вокруг которого всегда толпа.