Книга Отличница для генерального, страница 64 – Екатерина Крутова

— Ненавижу терять контроль, — слова сорвались сквозь стиснутые зубы, но Орлова рассмеялась тихо и властно, ощущая, как он отвечает на каждый ее вздох, на каждый стон.

Рваное дыхание и шлепки тел звучали странной музыкой, для которой стало неважно, кто ведет в этом танце страсти.

— Еще! — Аня впервые требовала, а не отдавала. Эгоистично наслаждаясь, приподняла бедра, меняя угол — как тогда на полу у камина. И в серых глазах вспыхнул огонь. Ответом стал яростный толчок, глубокий, резкий, выбивающий воздух из легких. Она вскрикнула, но тут же закусила губу, не давая ему удовольствия услышать ее слабость. Вместо этого притянула еще ближе, шепча в самое ухо:

— Сильнее. Я не сломаюсь.

И Алекс сорвался. Его тело напряглось, пальцы вцепились так, будто боялись, что она исчезнет, если ослабить хватку хоть на секунду. Он не закрывал глаза, продолжая зрительный контакт, пока волны удовольствия не накрыли их двоих. Падая рядом, изливаясь на подрагивающий плоский живот, прошептал:

— Моя княгиня… — не как хозяин или победитель, а как признающий власть женского созидательного начала над мужским, несущим разрушение и боль. И эти слова отозвались в девичьем сердце сокровенным признанием.

— Обеденный перерыв кончился, — Шувалов поднялся, протягивая руку. Аня приняла ладонь и внезапно оказалась в новых объятиях, прижатая к все еще активно вздымающейся груди. Алекс не отпускал. Пять секунд. Десять. Минуту. Пока их дыхание не выровнялось, а сердца не успокоились.

А на полу у ног лежали эскизы: черное сердце, запястья в шрамах, профиль на фоне шторма и роза, распустившая лепестки.

— Я все равно уволю тебя в понедельник или через неделю. Но завтра вечером будь готова — Ингвар затеял спонтанный корпоратив.

В кабинете у Шувалова не было зеркала, но Аня и без него знала, что внешний вид выдаст с потрохами произошедшее на обеденном перерыве. Она пахла сексом и Алексом, она чувствовала его каждой клеткой тела внутри и снаружи. Щеки горели, исколотые короткой бородой и зацелованные ненасытными губами. Волосы никак не хотели собираться в аккуратный хвост и потому лежали в художественном беспорядке. А глаза… Орлова была уверена: любой, заглянувший в них тут же увидит всю глубину похоти и страсти, еще не отпустивших девушку.

В кабинет она благоразумно решила не возвращаться, отправившись напрямую в архив и, к счастью, не встретив по дороге никого знакомого. Пожилая хранительница документов на Анну тоже не взглянула, кивнув из-за компьютера. Тихой, незаметной мышкой делопроизводитель юркнула между стеллажами и облегченно выдохнула, только когда села за стол, открыв первую коробку, маркированную осенью нулевых. Проект «Семиозерье» нашелся сразу — больше половина документов оказалась планами неосвоенной территории, первыми проектами с правками и согласованиями, договорами на аренду спецтехники и сметами предстоящих работ. Разбор материалов, пометки в блокноте и беглое конспектирование отвлекли Орлову от совсем непрофессиональных мыслей о генеральном директоре. Поймав деловой настрой, Аня быстро перебрала документы в первом ящике и открыла коробку с серой крышкой.

Внутри царил хаос, нехарактерный для структурированной упорядоченности всего архива. Словно кто-то четверть века назад просто сгреб все со стола и вывернул из ящиков, не отделяя важное от черновиков и мусора. Стикеры, с высохшим за давностью лет липким слоем, как осенняя листва шуршали под пальцами, пока девушка вытаскивала уже слегка потемневшие от времени бумаги.