Книга Папа в прокате, страница 85 – Ольга Дашкова

— А найти замену?

— За два часа? В Москве миллион детей, но мне нужна девочка определенного типа, определенного возраста и желательно с опытом хотя бы школьной самодеятельности…

Кира и Светлана переглянулись. В воздухе повисла странная пауза, даже Людовик настороженно навострил ушки.

— А еще, – продолжила ассистентка, – по сценарию у девочки должна быть маленькая собачка. Мы арендовали пуделя в питомнике, но он категорически отказывается работать с камерами. Рычит на оператора и прячется под столом.

Все посмотрели на Людовика, который в этот момент элегантно сел и посмотрел на них с выражением: «А в чем проблема?»

— Это судьба, – прошептала Светлана.

— Что судьба? – не поняла Кира.

— Ты умеешь читать с выражением?

— Ну… да. В школе на литературе меня всегда хвалят.

— А не боишься камер?

— А чего их бояться? – удивилась Кира. – Я снимаю свой подкаст.

— Борис Семенович! Идите сюда! У меня есть идея! – Светлана громко крикнула в сторону. К ним подошел режиссер – полноватый мужчина с бородкой и добрыми глазами.

— Что у тебя, Света?

— Смотрите, – Светлана показала на Киру с Людовиком. – Девочка нужного возраста, собачка, которая не боится людей. Это же идеально!

— А ты не будешь нервничать перед камерой? – Борис Семенович критически осмотрел Киру.

— Не знаю, – честно ответила Кира. – А что мне нужно делать?

— Сказать две фразы и погладить собачку. Думаешь, справишься?

Кира посмотрела на Людовика, потом на Игоря, который выглядел одновременно гордым и напуганным.

— А можно попробовать?

— Игорь, ты не против? – спросил режиссер.

— Я… то есть… если Кире хочется… – Игорь явно не знал, что сказать.

— Хочется! – твердо заявила Кира. – Очень хочется! И Людовик не против точно!

Следующий час прошел как в тумане. Киру отвели к гримеру, который слегка подкрасил ей лицо и расчесал волосы. Людовика тоже «загримировали» – расчесали и завязали бантик.

— Слушай, – сказал костюмер, – твой наряд идеально подходит. Даже переодеваться не нужно.

Кира была в своих любимых темно-коричневых замшевых брюках и клетчатой рубашке,  как раз то, что нужно для роли дочки из хорошей семьи. Когда ее привели на съемочную площадку, Кира впервые почувствовала волнение. Огромные камеры смотрели на нее, как циклопы, яркий свет слепил глаза, вокруг стояли десятки людей.

— Не бойся, – подошел к ней режиссер. – Представь, что камер нет. Есть только ты, Людовик и тетя Лена, которая играет твою маму в этой сцене.

Тетя Лена оказалась очень доброй актрисой средних лет. Она присела рядом с Кирой.

— Слушай, дорогая, а ты знаешь, о чем эта сцена?

— Нет, – призналась Кира.

— Моя героиня только что узнала, что ей нужно переехать в другой город. И она рассказывает об этом дочке. А дочка – то есть ты – должна спросить, можно ли взять с собой собачку. Понятно?

— Понятно. А мне должно быть грустно?

— Скорее обеспокоенно. Ты переживаешь за собачку.

Кира кивнула. Это она понимала – она тоже переживала бы за Людовика, если бы им пришлось куда-то переезжать.

— Мотор! – крикнул режиссер.

Тетя Лена заговорила, объясняя переезд. Кира слушала, а потом, когда наступила пауза, сказала:

— Мама, а Бублик поедет с нами?

По сценарию собачку звали Бубликом. Людовик на это имя никак не отреагировал, но это было неважно.