Книга Развод. Шах и мат от королевы, страница 23 – Елена Сергеева

Убираю так и не приготовленный ужин на кухне и возвращаюсь к ждущему меня в коридоре и не пожелавшему проходить в дом Гене.

Оглядываюсь, вздыхаю. Мне совершенно не нравится сложившаяся ситуация, но я верю, что раз мой частный детектив сказал, что мне опасно здесь оставаться, значит, это так.

Забравшись в его внедорожник, пристегиваюсь и разворачиваюсь вполоборота, чтобы лучше его видеть, после чего произношу:

— Слушаю тебя.

— Не знаю, что сегодня случилось, но Родион с работы, прихватив любовницу, повез ее куда-то в противоположную от дома сторону, — произносит он.

Это, конечно, очень неприятная новость, но точно не та, что заставит меня капитулировать и сдать им свой дом.

Понимая, что, скорее всего, это не все, даю Геннадию фору.

— Я поехал за ними, думая, что после внезапного просветления рассудка Родион повез девицу выполнять возложенные на нее обязанности, но…

Он останавливается, а я взрываюсь:

— Не томи! Что «но»?

— Они поехали в кафе. Как ты думаешь, кто туда пришел?

— Племянничек, — произношу я, уверенная на сто процентов, что попала в яблочко.

Гена кивает.

— И в чем опасность для меня?

— Не гони. Дай все рассказать.

Послушно замолкаю.

— Спустя где-то минут двадцать в кафе произошла грандиозная драка с порчей чужого имущества.

— Да ты что?! И кто кого?

— Твой, конечно, проиграл только потому, что был не в форме, но Кириллу морду хорошо разукрасил.

Усмехаюсь. То, что двоим досталось, мне уже нравится.

— Дальше.

— Родиона погрузили в бобик, а вот племянничек не знаю каким образом скрылся.

— И ты думаешь, что он может что-то сделать мне? — пытаюсь провести логическую цепочку.

— На адреналине, с провальным планом, припертый к стене… — перечисляет частный детектив. — В таком состоянии, уверен, что он способен на многое.

— Почему ты думаешь — с провальным планом?

— Потому как если бы все было полюбовно, им и драться было бы не из-за чего.

Задумываюсь. Наверное, Гена прав.

Я совсем не знаю этого Кирилла, но биография у него впечатляющая.

— А что с Родионом?

— Предполагаю: завтра он внесет за себя залог и выйдет.

Снова обмозговываю полученную информацию и спрашиваю:

— Ты знаешь, в каком он отделении находится?

— Да.

— Поворачивай в отделение, — командую я так, чтобы мой сыщик даже не вздумал спорить.

— Ты знаешь, в каком он отделении находится?

— Да.

— Поворачивай в отделение, — командую я так, чтобы мой сыщик даже не вздумал спорить.

Гена притормаживает и, пропуская машины, поворачивает в обратную сторону.

Проехав несколько минут в тишине, он спрашивает:

— Что ты задумала?

— Я хочу узнать правду.

— Нельзя подождать до утра?

— Хочу воспользоваться его эмоциональным состоянием и антуражем. Может быть, это поможет поговорить откровенно.

Гена больше ничего не спрашивает и не пытается поддержать разговор, давая мне время сосредоточиться и собраться с мыслями.

Спустя полчаса мы приезжаем к отделению полиции и после непродолжительных переговоров и формальностей проходим в комнату с железной дверью, где стоит только стол и два стула.

Оглядываюсь, ежусь и обхватываю себя руками в подсознательном жесте уберечь себя от чего-то пугающего. Поскольку ощущения от нахождения в этом помещении ужасные. Я свободолюбивая женщина, и здесь бы сразу зачахла.