Книга Целовать его ботинки, страница 50 – Алатея Иак

Успокаивает поцелуем в губы. Всё это очень быстро перерастает в взрослый, страстный секс.

— Реен! — Кричу его имя, когда он без остановки вбивается в меня.

— Реен, лапочка!

— Лапочка? — Усмехается мужчина, но продолжает. Кровать ходит ходуном, жалостно поскрипывая.

— Я сейчас... Реен... А-ах, Ре-е-е-ен! О боже!

Выгибаюсь от удовольствия и притягиваю его к себе, царапаю его шею.

— Ты мой! — Рычу ему, прижимаю к себе как можно сильнее и закидываю ноги на его бока.

— Ты мой! — Повторяю ему и шлёпаю по плечу. Обнимаю за шею и впиваюсь в губы. В какой-то момент я схожу с ума. Толкаю его от себя, пихаю в бок, припечатываю к кровати и сажусь сверху на его пах.

— Касси, не пугай меня, — шепчет он.

— Замолчи! — Рычу на него и проталкиваю член себе в лоно. Зажимаю его рот рукой, вторую ставлю на грудь и скачу, доводя себя до оргазма. Играюсь с ним, дразню бедрами, пока отдыхаю и снова набираю темп.

— Касси, ты богиня, — шепчет, когда я склоняюсь для поцелуя. Реен берётся за мои бёдра, перехватывая инициативу, и выбивает из меня череду стонов, больше даже криков.

— Реен, я хочу тебя!

— Не верю.

— Трахни меня! — Лижу его щеку с мольбой, несмотря на то, что его орган уже внутри.

— Да, малышка! — Хрипит в ответ возбуждённо.

— Я хочу тебя... Хочу тебя, — не унимаюсь я и посасываю его кожу на шее. Целую его плечо, вылизываю языком.

Кончаем вместе, прижимаясь друг к другу.

— Моя девочка, — шепчет хрипло.

— Моя сладкая, будешь целовать меня, будешь прыгать на моём члене, — натягивает мои бёдра на свой орган в последних оргазменных конвульсиях.

— О да, малышка, — его бьёт крупная дрожь, а член пульсирует. — Моя девочка... Моя девочка.

Я лежу на нём брёвнышко, а его грудь вздымается, поднимая нас обоих.

Сползаю с него и лежу как мёртвая. По телу растекается жар, от макушки до пяток. Лицо и промежность тоже горят.

— Касси, ты жива?

— Угу.

— Я, похоже, что нет. Прикопайте меня на заднем дворе, если помру. Только найми людей, не гробь спину, — шутит наглец.

Я еле как разворачиваю к нему своё лицо.

— Я лучше сожгу дом, кремация, — объясняю я.

— Ну не надо, я его так долго строил, — говорит и поворачивается на бок. — Ещё раз хочешь?

Я отрицательно мотаю головой.

— Тогда я продолжу наказывать тебя утром, — поправляет рукой мои волосы.

— Только если ты поцелуешь мои туфли, — растягиваюсь в улыбке.

— Поверь, я их даже оближу ради такого дела.

И он облизал... и туфли, и мои лодыжки, и мои колени, и всё остальное.

Месяц спустя:

— Ты так и не призналась мне в любви, — упрекает Реен, поглаживая меня после секса.

— Ты тоже не признался, — отвечаю я, сладко потягиваясь.

— Я пустил тебя в свой дом, занимаюсь с тобой любовью, покупаю твои безделушки для работы... — фырчит он.

— Это не безделушки, я пишу научную работу по использованию секс-игрушек и сексуального возбуждения в целом, — оправдываюсь я.

— Ты не даёшь их в себя засунуть, — хмурится хозяин дома.

— И так достаточно всего в меня насовал, — смеюсь в ответ.

— Член не считается.

— Когда это член перестал считаться?

— Ну Касси, дай мне хоть что-нибудь ещё в тебя впихнуть, — берет меня за щёки и чмокает в губы.

— Ты и так пихаешь в меня каждый день...

— Но тебе же нравится, — перебивает меня скалясь, — так скажи, что ты меня любишь.