Книга Отшельник. Жизнь сначала. Просто не будет, страница 81 – Елена Архипова

Открыла шкафчик над раковиной, выудила из упаковки с прокладками заветную коробочку с тестом, которую сама же туда накануне спрятала, и замерла на мгновение, потом подбодрила себя словами:

— Давай, не сделаешь — не узнаешь!

Вчера утром она точно так же открывала этот шкафчик, зацепившись взглядом за упаковку с прокладками, замерла, вспоминая, а когда она последний раз ими пользовалась? Не веря сама себе, пересчитала дни, закрыла шкафчик и, глядя в зеркало над раковиной, выдохнула:

— Задержка. Три недели.

Вчера она не стала ничего говорить будущему мужу — Дубов тот еще параноик! Услышит и обязательно отменит свадьбу. Да, в узком кругу друзей и её немногочисленных родственников, но всё равно не хотелось бы!

Прочитала инструкцию, сделала всё, как было написано, и отложила на раковину. Пока будет умываться и чистить зубы — пройдут необходимые минуты.

Делала всё нарочито медленно. Руки тряслись, сердечко в груди замирало в предвкушении.

Вытерла руки, глубоко вздохнула, медленно выдохнула и опустила взгляд на заветную пластиковую палочку. В положенной ячейке четко и ярко просматривались две полоски.

Хотелось визжать от восторга, смеяться и одновременно плакать — у них с Димой будет ребенок! Мальчик? Девочка? Не важно! Вот правда!

Захотелось сразу сообщить Диме, но нет! Завтра!

Это будет её свадебный подарок.

Илька убрала тест в коробку, спрятала ту опять в прокладках и, не в силах сдержать улыбку, пошла готовить завтрак своему мужчине.

Дмитрий проснулся сразу же, едва Илька выскользнула из его объятий. Рядом с этой хрупкой женщиной он становился похож на чертова параноика.

Да, сто раз была права его боевая синичка, когда называла его так. Он и сам это знал, но ничего не мог с собой поделать.

Прошло всего несколько месяцев с того дня, когда она, промокшая насквозь, появилась на пороге его дома. Ворвалась в его жизнь вихрем, сломав к чертовой матери все его баррикады и стены, так старательно когда-то им построенные. Жил за ними, максимально отгородившись от внешнего мира, и считал, что всё его устраивает, пока не появилась она.

Он помнит каждое слово из их разговора, состоявшегося в её больничной палате в ту ночь, когда они с Тихоном примчались спасать своих женщин.

Стоило им с Илларией переступить порог её палаты, он начал первым:

— Иля, я обещал всё тебе рассказать и не увиливаю от своего обещания. Но, пожалуйста, давай, ты сначала вернешься в кровать.

— Хорошо, — не стала с ним спорить, — только ты сядь, пожалуйста, рядом. Ладно?

Конечно, он выполнил её просьбу. Признаться, он и сам не хотел, не мог отходить от неё далеко.

Села на кровать, забравшись на неё с ногами, и приготовилась слушать. Он сел к ней боком, левым, изуродованным. Впрочем, он уже знал, что эту девушку абсолютно не пугали его шрамы.

— Иль, я должен тебе рассказать правду. Сразу надо было, но почему-то не мог решиться.

Договорить она ему не дала:

— Рассказать о том, что ты не Дубов, а Ярцев? — огорошила она его вопросом, на который сама же и ответила: — Я это знаю.

— Откуда? — спросил чуть более резко, чем планировал, повернувшись к ней всем телом.

— Узнала, — увидев, что он ждет, дотянулась до его ладони, обхватила его большую своими двумя и потянула к себе на колени, не задумываясь о том, как это выглядит со стороны.