Книга Мой запретный форвард, страница 83 – Кейт Морф

— И это самая жестокая мука, — отвечаю я. — Я просыпаюсь, а тебя рядом нет.

Глотаю воздух, потому что реально тяжело.

— И я схожу с ума от того, что ты там, — продолжаю я, стиснув зубы, — а я тут. И что я не могу просто взять и прийти к тебе.

Скулы сводит.

Прямо физически.

— Я скучаю, — наконец признаюсь я. — Настолько, что… не знаю, как удержаться, чтобы не сорваться. Ты мне нужна. Гребаный ты зайчонок, как же ты мне нужна.

Она молчит, но я слышу, как тяжело она вздыхает. Знаю, как ее тоже разрывает. И от этого меня накрывает еще больше.

— Яр, — шепчет она.

— А?

— Я тоже очень скучаю. Потерпи еще немного, и скоро мы будем рядом.

У меня в груди что-то рвется.

Легкие? Сердце? Хрен его знает.

Хватает только силы выдохнуть:

— После матча я позвоню тебе еще. Договорились?

— Давай лучше я тебе наберу.

— Почему?

— Я буду на встрече с новым тренером. Не знаю, надолго ли это все затянется, — она поджимает губы.

— Хорошо, только потом сразу набери мне.

— Договорились, — она чмокает меня в камеру, а потом тихо-тихо смеется.

И это мой конец.

Отключаюсь, стою пару секунд и тупо пялюсь в темный телефон.

А потом улыбаюсь, как идиот. Точнее: как влюбленный идиот.

— Ты че такой красный? — усмехается Пашка, выходя из раздевалки. — Поля давление подняла?

— Да иди ты в задницу, — бурчу я.

Мы выходим на лед, и дальше все происходит как в замедленной съемке: скорость, шум, резкий запах льда, адреналин в крови. И соперники ничего не могут сделать. Вообще. Такое чувство, будто команда сегодня решила: «Анисимов бесится? Ну, так давайте врежем всем подряд».

Раскатываем этих бедолаг так, что им даже вздохнуть некогда. Пасы, как по учебнику. Броски хлесткие и точные. Голкипер у них орет на защиту, а они сами уже не знают, кого держать, мы слишком быстрые.

Счет остается неприличным. Для дружеского матча вообще грех так играть, но кому какое дело. Мне важно только одно: пока не думать о ней и о том, как она дышала в трубку.

Мы добиваем последний гол, и сирена звучит как выдох облегчения.

У борта меня ловит Люба. Она стоит с диктофоном и с хитрым взглядом.

— Ярослав, пару слов для городской газеты.

— Валяй.

— Правда, что это была твоя последняя игра в составе «Сибирских орлов»?

— Да, — отвечаю честно. — Было круто играть с таким мощным составом.

Люба чуть приподнимает бровь, смотрит на меня как кошка, учуявшая жареную рыбку.

— Говорят, что ты уже подписал контракт с одним из сильнейших клубов ВХЛ. Это так?

Вот тут уже включается мой защитный режим.

— Планов много, — говорю ровно и уверенно, стреляю взглядом на тренера, который поздравляет наших парней с победой, — но пока не раскрываю.

Люба по-деловому ухмыляется, типа, ладно-ладно, увидим.

— Значит, интрига?

— Можно и так сказать.

— Ну что ж, спасибо за игру, удачи в новой лиге! — она машет мне рукой и уже бежит к следующему игроку.

Вечер на базе проходит под девизом: гробовая тишина. Все свалили в город отмечать победу: шум, смех, пиво, девчонки — стандартный набор.

А я?

Я лежу на своей жесткой кровати, одна рука за головой, вторая листает фотки в телефоне. Экран светится в темноте, и каждая картинка, как удар под дых.

Мы в Канаде. Полина в кепке, смеется чему-то, что я сказал. Потом селфи на фоне набережной. Потом, где она держит кофе.