Книга Невеста криминала, страница 19 – Маша Драч

Всё еще стискивая вспотевшими пальцами несчастную ложку, наблюдаю за тем, как Дым жадно пьет минералку прямо из бутылки. Должно быть, это особенное удовольствие, когда после шумной ночи, наполненной алкоголем, пьешь прохладную минералку. У меня нет такого опыта, к счастью. Не люблю алкоголь.

— Простите, — предпринимаю еще одну попытку заговорить, — я хотела спросить, что будет дальше?

Дым, почти выпив всю воду, шумно выдыхает и возвращает бутылку в холодильник. Я замечаю на его бороде несколько блестящих капелек, которые тут же срываются вниз.

Смаргиваю. Возвращаю взгляд к глазам.

— Я теперь всегда буду под замком находиться? Просто… У меня работа есть, понимаете? Небольшое рекламное агентство. Скромное, но в целом очень успешное. Я пока в отпуске. У нас был масштабный проект. Делали кампанию для IllusioN. Это бренд спортивной одежды, знаете такой?

С каждым произнесенным словом я чувствую себя всё глупее и глупее. Жду от Дыма хоть какой-нибудь реакции или малюсенького намёка на заинтересованность в нашем разговоре. Впрочем, это скорей мой нервный монолог. Но он игнорирует меня. Берет из корзинки, что стоит на микроволновке большое зеленое яблоко и роется в кухонных ящиках.

— Я бы не хотела потерять свою работу, — продолжаю. — И мне важно знать, что вопрос дяди взят под контроль. Вы же… вы же теперь свободны, так?

Дым достает нож, задвигает бедром ящичек, берет чистую тарелку и неспешно направляется к выходу.

— Подождите! Вы разве не слышите, о чем я вам тут говорю?

Меня вдруг охватывает такое возмущение, что хочется ударить Дыма ложкой по голове.

— Не ори, — тихо произносит он и оборачивается.

Я поджимаю губы и замираю.

Дым стучит кончиком ножа по виску.

— Голова болит.

Я тут же вспоминаю о своей царапине на шее. Она отдается фантомной болью. Хочется прикрыть ее ладонью, будто этот участок кожи вдруг стал очень интимным.

Дым уходит, оставив меня и дальше вариться в неизвестности.

Тяжело вздохнув, я уже забываю, что хотела поесть у себя и сажусь за стол. Аппетит мгновенно пропадает, но я всё равно заставляю себя позавтракать. Толком не ощущая вкуса, я съедаю мюсли и отправляю в рот несколько кусочков банана. Больше в меня сейчас всё равно не поместится.

Когда возвращаюсь к себе в спальню, отмечаю, что в гостиной на диване лежит только Зима. Девушка куда-то исчезла. Может, ушла?

Нет.

Я с ней сталкиваюсь на пороге ванной комнаты, которая соседствует с моей спальней. Девушка, одетая в длинную мужскую футболку (наверное, Зимы), удивленно смотрит на меня, затем широко и беззаботно улыбается, будто мы приятельницы, которые случайно встретились в шумном мегаполисе.

— А кто тебя вчера трахал? Не помню твою мордашку.

От прямолинейности незнакомки мои брови не просто ползут вверх, а взлетают со скоростью реактивного самолета.

Я совсем не ханжа и не настолько неженка, чтобы падать в обморок от любого грубого слова или отборного мата. К дяде Саше иногда такие гости приезжают, что уши в трубочку скручиваются от изобилия обсценной лексики.

Вопрос девушки для меня становится скорее неожиданным, чем просто грубым.

— Никто.

— Почему? Никому не понравилась?

— Я здесь не для того, чтобы меня… трахали.

— Зря, — девушка приваливается плечом к дверному косяку и скрещивает руки на груди. — За это дело очень хорошо платят.