Онлайн книга «Развод (не) состоится»
|
Как знак очередного грядущего апокалипсиса — звонок домофона. * * * Мигран Я человек вообще или как? Я отец этих детей или просто мимо проходил? Они вообще помнят о моем существовании или в их картине мира я уже сдох? Тошно-то как, а? Выть хочется от осознания, что семья тебя вычеркнула. Даже не вспоминают, небось! Они там все вместе, а я один. Как прокаженный. Как проклятый… С гулко бьющимся сердцем я снова и снова просматриваю фото детей на крошечной кухне Ульяны. Выкладывают селфи, пиццу хомячат, показывают, как им весело и забубенно. А Ульяна стоит в стороне, чинно-благородно на это взирает и улыбается. Небось, внутренне посмеивается надо мной. Я легко читаю это в ее взгляде. Ужин у них там семейный, если верить подписи первого фото. Семейный! Ужин! А я один должен быть? В огромном доме, который я, вообще-то, только за тем и приобрел, чтобы в нем жила моя семья. Но вместо того, чтобы быть там со мной, они сбежали в маленькую халупу и радуются… Где в этой жизни справедливость? Естественно, я не стерпел. Естественно, я прилетел… Точнее, я и раньше торчал у дома Ульяны, сидел в машине, но это уже никому не интересные детали. Я снова и снова жму на кнопку домофона в надежде, что у жены все-таки проснется совесть и меня впустят. Однако мне так и не открывают. Наоборот, дверь подъезда неожиданно раскрывается и на пороге показывается Ульяна. Она кутается в бежевый пуховик, смотрит на меня исподлобья. Даже в тусклом фонарном свете я вижу, как она недовольна моим появлением. Только вот я в двести раз больше недоволен, чем она. — Как ты мне это объяснишь? — спрашиваю ее в лоб. — Заграбастала себе всех детей… — Они пришли сами, — пожимает плечами Ульяна. — Я их не заставляла. Закашливаюсь, чтобы как-то замять неловкую ситуацию. Разве ругаться с ней пришел? — Я тебя в этом не обвиняю, — говорю с понурым видом. — Но то, что происходит сейчас, — в корне неправильно. Вы там собрались всей семьей, ужинаете… — А что ты предлагаешь? — кривит губы Ульяна. — Мне не кормить детей, или что? — Да при чем тут вообще еда? — наконец не выдерживаю. — Просто сам факт, ужинаете семьей, а я… — А ты что? — она щурит глаза. С этой женщиной невозможно говорить. Она ведь все перекручивает! Наконец озвучиваю очевидный выход из создавшейся ситуации: — Давай решим вопрос просто — собирайтесь все и поедемте уже домой, сколько можно тянуть эту Санта-Барбару? Я вам десять пицц куплю, я вам такой стол накрою… Ульяна делает большие глаза: — Мигран, ты в своем уме? Я-то в своем, а вот она… Развожу руками, пытаюсь в очередной раз помириться: — Я любовницу выгнал, прощения у тебя просил. Тебя люблю! Наших детей люблю! Что тебе еще надо, женщина? Неужели ты правда лучше будешь ютиться в съемной двушке с тремя детьми, чем вернешься в просторный дом, где все для тебя? Да тут даже выбирать не нужно, и так ясно, как следует поступить! Я ведь там каждый кирпичик с любовью… — Если бы ты нас по-настоящему любил, в съемной квартире бы сейчас куковали не мы! — Ты на что намекаешь? — Поначалу даже не въезжаю. Ульяна поясняет с ехидным видом: — Про любовь тут мне рассказываешь, а сам что? Любящие мужчины съезжают сами, оставляют жилье женам и детям. Но благородные жесты это не про тебя, правда, Мигран? |