Книга Снегурочка для мажора, страница 16 – Даша Черничная

Подмигиваю брату и с чувством выполненного долга покидаю офис и убегаю к своей Снегурочке.

— Марусь, давай купим елку? — спрашиваю неожиданно для самого себя.

Маша живет у меня уже четвертый день. Два дня она порывается сбежать в свою общагу, но каждый раз я придумываю тысячу и одну причину, почему ей ни в коем случае нельзя этого делать и Бельчик мне в этом очень даже помогает.

— Елку? — переспрашивает она. — А у тебя есть игрушки?

— Да, полно. Сходим вместе? Поможешь мне выбрать? Да и тебе прогулка пойдет на пользу — совсем здоровенькая у меня.

Беру девушку на руки и сажаю себе на колени.

Маруся все еще стесняется, но уже не шарахается от меня, как в первые дни. Для себя же я четко решил: она. И точка.

— Пойдем.

Через час мы уже наряжаем зеленую красавицу.

Маша с энтузиазмом набрасывает дождик на елку, а я пытаюсь закрепить звезду.

— Машунь, а ты к родителям на Новый Год хотела поехать?

— Да, а что?

Слезаю с лестницы и подхожу к девушке, беру ее руки в свои:

— Мань, давай встретим новый год с моими родителями, а первого января поедем к твоим — знакомиться?

— Так быстро? — ахает и тут же начинает паниковать.

— А чего ждать? — удивляюсь я и до меня вдруг доходит: — или я тебе совсем не нравлюсь?

Вот дурак, а об этом-то я не подумал. Привык, что автоматом нравлюсь девушкам, все они всегда бегали за мной, но моя Маня — не такая. Моя девочка чистая и искренняя и ее симпатию надо заслужить.

— Ты чего? — она хмурит бровки: — Нравишься, День. Очень нравишься, знал бы ты как…

Последнее — шепотом и у меня срывает планку. Все, не могу больше себя держать. Подхватываю ее под попу и аккуратно кладу на кровать. Она гладит мое лицо, смотрит своими небесными глазами, разматывает меня так легко, играючи. А мне хочется встать перед ней на колени и поклясться в вечном служении своей царице.

— Поцелуй меня, — просит тихо, но решительно.

И как тут отказать?

Поцелуй получается горячий, тягучий, распаляющий все внутри и обещающий так много… Я стараюсь не торопиться, но куда там. Вижу по ней, что готова, что сама хочет, тянется.

Медленно раздеваю ее, целуя каждый участок, каждую клеточку кожи. Шепчу ласковые слова и обещания, говорю ей о том, как люблю, о том, что уже без нее не смогу. Так много всего произошло за эти дни.

И все это сделала она.

— Маш, давай поженимся? — ее голова лежит на моей груди и я пропускаю ее светлые пряди через пальцы.

Моя Снегурочка замирает, а после медленно поднимает голову и смотрит на меня, будто сомневаясь, что это может быть правдой.

— Когда? — ее голос дрожит, а на глазах наворачиваются слезы.

— Давай прямо завтра? Сегодня-то уже все закрыто.

На дворе девять вечера, ну какие ЗАГСы?

Маша садится на кровати и подтягивает простынь, закрываясь:

— Ты не шутишь? — ее голос дрожит, того и глядишь, заплачет.

Та-ак. Я тоже сажусь и смотрю на нее внимательно:

— Машунь, да разве шутят такими делами?

— И мы вправду поженимся? — нет, все таки заплакала.

Притягиваю малышку к себе:

— Если ты не скажешь мне “нет”, то поженимся.

— А как же знакомство с родителями, сватовство, День?

— Новогодние праздники нам зачем? Как раз этим и займемся. Только для начала твоей детворе подарки купить надо. Ну что, согласна?

— Согласна, — кивает она и начинает рыдать еще пуще.