Книга Бывшие. Соври, что любишь, страница 74 – Даша Черничная

— Я тоже хотела сказать тебе кое-что.

— Я слушаю, — в его глазах тут же загорается огонь интереса.

— Денис, мне кажется, что это переходит всякие границы, — добавляю стали в голос.

— О чем ты, Уль? — переспрашивает непонимающе, даже сбивается с шага.

— Ты проводишь время с Лешкой, приезжаешь почти каждые выходные. А как же твоя семья, Денис? Неужели Марина вот так просто отпускает тебя?

Я знаю, что у них все непросто. И устала чувствовать себя виноватой в этом.

— Леша дорог мне. Я не могу просто отказаться от него. Погоди, или ты намекаешь, что не хочешь, чтобы я был в его жизни? — тут же теряется.

— Мне просто жаль Марину, Денис. Я ставлю себя на ее место и представляю, как ей все это поперек горла стоит, — пытаюсь оправдаться.

— Марина знает, что я еду к ребенку…

— Я видела ее у женской консультации, — поднимаю взгляд. — Вернее.. слышала.

— Да, Марина часто ходит туда по… кхм… по вопросам зачатия.

Они не могут зачать уже несколько лет. И да, я понимаю, что уж в этом-то точно нет моей вины. Но тем не менее груз ощутим.

— Мой врач была в отпуске, и мне пришлось пойти к другому врачу. К ее врачу, — откровенничаю с Денисом, иначе он просто не поймет. — Дверь была приоткрыта, и я слышала, как гинеколог разговаривала с Мариной.

Я пытаюсь сдержать осуждение, но это сложно, потому что я не могу не ставить себя на место Марины.

— Она плакала, Денис. Врач объясняла ей, что шансов мало, а она плакала. А потом вышла на улицу и долго сидела на лавочке, безжизненно смотрела в одну точку. Мне надо было лишь поставить печать, так что я быстро освободилась и все видела. Я хотела подойти к ней, но мне показалось, что сделаю только хуже.

Мы не общаемся, но знакомы. Все же я посчитала это неуместным и решила попробовать повлиять на Дениса.

Мне кажется, он слеп…

— Она была там одна, Денис, — я честно стараюсь говорить спокойно, но все-таки скатываюсь до осуждения. — А где был ты?

Молчит. Взгляд растерянный.

И я понимаю, что он даже не знал ничего. И мне кажется, вовсе не потому, что Марина не рассказывала, а потому, что Дениса попросту нет в ее жизни и ей некому показать свою боль.

— Ты должен был быть там со своей женой.

— Что ты хочешь сказать?

— Не приезжай больше к Леше, — выдаю твердо.

— В каком смысле?

— Я имею в виду, что не нужно приезжать каждую неделю. Думаю, раза в месяц будет достаточно. Тебе пора заняться своей жизнью. И в частности своей женой.

— Это все? — цедит зло.

— Нет. Максим знает, что он отец Леши. Мы собираемся сказать ему в ближайшее время.

— Что, больше не нужен идиот Стафеев? — хмыкает. — Появился блудный папаша, и меня пинком под зад? В расход?

— Ты всегда будешь в жизни Леши. Просто сейчас настало время сепарироваться от нас и заняться своей жизнью, в частности своей женой.

Денис поднимает лицо к небу и болезненно смеется, выдыхая облачко пара.

— И снова, как тогда, четырнадцать лет назад. Да, Уль? Никонов на горизонте, и ты летишь к нему. А есть еще на чем лететь, Ульяна? Крылья-то он тебе обломал еще тогда.

Сглатываю мерзкий ком в горле.

— Вот поэтому я и настаиваю на том, что тебе стоит заняться своей жизнью, Денис. Не моей.