Книга Развод. Тот, кто меня предал, страница 51 – Даша Черничная

Что-то не дает мне покоя, бередит мою душу. Я даже машинально тянусь к груди и тру кожу в районе сердца.

— Почему Марина находится под подпиской о невыезде? — нет, я, конечно, далека от всей этой юридической куролесицы, но кажется мне, тут что-то не так.

— Потому что Марина беременна, — Мирон бьет больно.

Я поднимаю глаза и впиваюсь взглядом в его лицо. Муж хмурится, начинает кусать губы. Жалеет, что сказал. А у меня внутри огромный шар огненной боли, которая разрывает душу.

— Это твой ребенок? — пожалуйста, только не это.

Даже если да, то соври, молю!

— Нет, — поспешно отвечает Мирон и повторяет спокойнее. — Нет, Рита, Марина беременна не от меня.

— Почему ты так уверен?

— Хочешь обсудить это?

Нет.

— Да.

Мирон запускает руки и волосы и сжимает их. Рычит, поднимает глаза к потолку. Молиться вздумал? Поздно, милый. Поздно. Там про нас уже забыли, теперь мы сами по себе.

— Мы предохранялись, Рита. А помимо меня у Марины было как минимум два партнера — ее муж и еще один любовник.

— Господи! — восклицаю я и спрыгиваю со стула, потому что лицезреть физиономию мужа резко перехотелось. — Что не так с этой женщиной?!

Мирон равнодушно пожимает плечами, мол, «хрен его знает», а я прыгаю по комнате на одной ноге и падаю на диван.

— Она это сделала из-за того, что ревновала тебя ко мне? — спасибо транквилизаторам, благодаря которым я могу вынести этот разговор и не сойти с ума.

— Нет. Она не хотела терять Толика. Думала, это ты рассказала ему о нашей связи. А потом она увидела, как вы выходите вместе из кафе, сложила неверный пазл, и у нее окончательно снесло крышу, — передает мне сухую информацию и далее спрашивает настороженно: — Кстати, что вы делали вместе в том кафе?

— Ой, я тебя умоляю, Отелло, выходни! — я даже шутить могу.

Кошмар! Я должна гордиться собой.

— Мы встретились случайно. Впервые после того, как я увидела вас с Мариной. Он уже знал обо всем, мне не пришлось ничего говорить. Да я бы и не стала, не до того мне было.

Мирон подходит ко мне и садится на корточки у моих ног, кладет руки на голые колени:

— Я обещаю тебе: Марина заплатит за то, что сделала.

Никак не реагирую. Он сделает. Мирон может, я в этом уверена на сто процентов.

— Винишь меня? — неожиданно задает вопрос он и я прислушиваюсь к себе.

— Нет, Мирон. Твоего греха тут нет.

Нет. Я не виню Мирона в том, что произошло, ведь это не он был за рулем того автомобиля, это не он надоумил Марину совершить преступление. Его вина в другом, но совершенно точно причастности к выкидышу он не имеет.

— Так и будешь скакать как кенгуру? Ты же в курсе, для чего тебе две ноги? — Мирон спрашивает даже как-то равнодушно, что-ли.

А я, недовольно глянув на него, скачу на одной ноге в туалет. Парадокс — но я привыкла передвигаться вот так. Прыгаю словно заяц и поджимаю к груди больную руку.

Игнорирую его выпады. В конце концов, я больная женщина и имею права на свои страдания.

Из туалета выпрыгиваю, скачу вдоль стеночки и плюхаюсь на диван. Откровенно говоря, мне и самой надоели эти поскакушки.

— Ты куда? — спрашиваю Мирона, который стоит в дверях и надевает на себя пальто.

Выглядит роскошно. Подстригся, небрежная борода красиво оформлена, на рубашку больно смотреть, настолько она бела. Костюм — один из лучших, сшит на заказ у европейского портного.