Книга Развод. Тот, кто меня предал, страница 60 – Даша Черничная

Услышав движение, жена оборачивается и замирает, рассматривая мое тело. А тут целая карта, которую она нарисовала своими ногтями: на шее, плечах и наверняка на спине. Затем опускает взгляд ниже и начинает заливаться краской при виде моего утреннего стояка.

Несмотря на то, что вчера у нас был сумасшедший секс, я не насытился ею. И теперь уже вряд ли когда-нибудь насыщусь. Рита была не похожа на себя. Такой живой, остро чувствующей все и отзывающейся мне я ее никогда не видел.

На ней лосины и футболка, которая больше чем нужно размеров на десять, но мне абсолютно безразлично — ведь я знаю, что там, под всеми этими тряпками.

Это сводит с ума и распаляет желание одновременно.

— Доброе утро, — говорит она, начиная заливаться краской, и поспешно отворачивается от меня.

— Доброе утро, Кудряха, — отвечаю мягким, не своим голосом и сам поражаюсь этой тональности.

Хочется подойти, развернуть ее и прижать спиной к высокой столешнице, развести пошире ноги и войти в нее на всю длину, чтобы она снова хрипло стонала, отдаваясь мне, как вчера. Но я решаю не пугать Риту, потому что вижу, как напрягаются ее плечи, и даю ей несколько минут свободы.

Ухожу в ванную и быстро принимаю холодный душ, пытаясь унять желание, натягиваю домашние штаны и футболку и вхожу в комнату.

Рита сидит на высоком стуле, медленно помешивая сахар в кружке с кофе, и смотрит с большое окно.

— Ты не позавтракала? — спрашиваю ее и жалею.

Жена испуганно дергается и хватается за сердце.

— Я напугал тебя? Извини, — подхожу ближе и становлюсь напротив нее.

Нас разделяет стол, на котором стоят две тарелки с сырниками и две кружки с ароматным кофе.

— Ничего страшного, я просто задумалась, — она отмахивается, делает это наигранно-беспечно.

Сажусь на стул, а сам поглядываю на Риту, которая уже приступила к завтраку. Интересно, о чем она задумалась? Решает, как сбежать от меня? Или переваривает то, что произошло вчера?

Едим в тишине. Я старательно ловлю ее взгляд, а Кудряха старательно его избегает. Беру ее руку и слегка сжимаю. Жена поднимает удивленный взгляд на меня.

— Спасибо за вкусный завтрак, — опускаю голову и целую ее раскрытую ладонь.

На самом деле, я рад, что Рита впервые за долгое время сама решила что-то сделать. Значит, ей действительно становится лучше, и меня это не может не радовать.

— Ты сегодня поедешь на работу? — спрашивает она и убирает свою руку, прячет ее под стол.

— Да, нужно будет ненадолго уехать. Рита, прошу тебя, не ходи на улицу. За ночь опять намело снега, а я не могу постоянно переживать за тебя. Пока что мало домов заселено, если с тобой что-то случится, помощи ждать неоткуда. Надумаешь погулять — гуляй по территории возле дома сколько влезет, но за пределы забора не суйся. Пожалуйста.

Мне не хочется врубать диктаторские замашки, но я действительно не могу оставить ее одну и спокойно заняться своими делами.

— Не переживай, Мирон, я не буду выходить, — отвечает Рита, и уголки ее губ поднимаются вверх в некоем подобии улыбки.

Иду в свою комнату, переодеваюсь в костюм и направляюсь к выходу. Рита сидит на диване и листает какую-то книгу, привезенную сюда подругой.

Подхожу к жене и становлюсь перед ней на одно колено. Рита дергается, но не убегает, только лишь замирает рядом со мной.