Книга Бывшие. Мне не больно, страница 30 – Даша Черничная

Открываю ноутбук и принимаюсь работать. Чем страдать и постоянно зря тратить время, лучше заняться работой, ведь ее у меня накопилось вовсе не мало. Разбираю фотографии, редактирую их. Как раз работаю со съемкой, которую мы проводили вместе с Эндрю.

Уж не знаю, что у них там случилось с Ингой, но после того неудавшегося свидания парень перестал меня беспокоить.

Звучит сигнал сообщения, и я беру в руки телефон. Номер незнаком, но отчего-то я догадываюсь, кто это может быть.

Слава: «А ты знаешь, что в море Лаптевых живет свыше двадцати пяти тысяч китов?»

Быстро моргаю. Может, привиделось? Не успеваю опомниться, как прилетает второе сообщение:

Слава: «А еще на берегу этого моря нет ни одного населенного пункта».

Набираю ответ:

Таня: «Я в некотором роде нахожусь в смятении.»

Слава: «Да, меня тоже удивил этот факт. Это все потому, что климат на море очень суров.»

Таня: «Я же совсем не об этом.»

Телефон звонит, и я спешу ответить. Сердце выскакивает из груди, стучит, как заведенное.

— Привет, морковка, — голос звучит приглушенно.

— Привет, — выдыхаю. — Зачем ты мне все это пишешь?

— Я застрял в аэропорту на Дальнем Востоке.

— Вот это да! — искренне удивляюсь. — Что ты делаешь там?

— Скажем так, приобщаюсь к семейному бизнесу. Отец отправил налаживать контакты.

— Наладил? — улыбаюсь.

— Сомневаешься во мне? — хмыкает.

— Нет. Ты болтлив. Полагаю, с этим проблем у тебя не возникло.

— Точно. Теперь я уже больше десяти часов жду свой рейс, но вылет постоянно переносят.

— Сочувствую, — и мысленно выдыхаю.

Он исчез, потому что был на другом конце света и с большой разницей во времени со мной.

— Спасибо, рыжуля. Но знаешь, тут есть очень интересные брошюры о Дальнем Востоке. Я зачитался, правда. А еще я честно хотел дать тебе пространство без себя, поэтому не писал и не звонил. Чтобы ты соскучилась, затосковала там в одиночестве. Но не сдержался, прости. Думаю о тебе постоянно.

Сглатываю. Камень с души падает вниз и разбивается, превращаясь в пыль.

— Во-первых, я не одна, — откашливаюсь, выравнивая голос. — Со мной Василий. Во-вторых, мы же вроде как договорились, что не имеет смысла продолжать общение? В-третьих, времени на скуку у меня нет, дел накопилось много. Еще завтра нужно будет помочь с фотосессией для семьи твоего брата.

«И я тоже думаю о тебе постоянно», — хочу произнести вслух, но не решаюсь. В этом самой себе признаться сложно, а Славе и подавно.

— Во-первых, передай твоему асоциальному пьянчуге привет. Во-вторых, никаких договоров я с тобой не заключал. Ну и в-третьих, — вздыхает, — я очень хотел успеть на фотосессию, но не уверен, что у меня получится приехать вовремя.

— А тебе зачем там быть? — хмурюсь.

— Я же обещал быть рядом, — звучит приглушенно.

— Слав, — мой голос садится, — это же вовсе не обязательно.

— Врушка. А то я не видел, как тебя повело.

Болтаем со Славой. Не можем расстаться. Обсуждаем китов и сетуем на погоду, из-за которой он застрял на другом конце земного шара. Волков расспрашивает меня о процессе съемок, и я охотно отвечаю. Слова находятся сами собой, без сложностей и принуждения. Органично и естественно.

Засыпаю с улыбкой на лице и полнейшим непониманием, что делать дальше. Но, чуть ли не впервые в жизни, это вовсе не пугает.