Книга Бывшие. Я тебя отпускаю, страница 91 – Даша Черничная

— Нам с ребятами потребовалось время, чтобы притереться друг к другу, — серьезно отвечает Саша и кивает.

— Что тренер сказал? — спрашиваю с улыбкой.

— Сказал, чтобы не зазнавались, когда станем известными, — дарит нам широкую улыбку.

— Значит, все-таки это правда, что на игре были спонсоры? — на днях я говорил с тренером, и он предупредил, что могут приехать, да.

Попросил не говорить сыну, чтобы не сбить настрой и не добавить ненужных нервяков.

— Их сложно не заметить, па, — усмехается он. — Особенно когда они сидят в фирменных кепках своих команд в первом ряду.

Саша никогда не называет меня «папа» или «отец». Всегда только «па». Будто бы ему сложно до конца сказать о своих чувствах. Но я не настаиваю, я рад и тому, что есть.

Я смотрю за спину сыну и замечаю девушку, которая стоит, переминаясь с ноги на ногу, и смотрит на Сашку. Она явно нервничает, сжимает пальцы на руках.

— Саш, мне кажется, это к тебе, — говорю ему.

Сын оборачивается и хмурится. Начинает злиться, желваки ходят на его скулах. Как мне все это знакомо. Я буквально вижу себя семнадцать лет назад. И злость эта осязаема, и растерянность девушки тоже можно увидеть.

— Да пофиг! Поехали! — произносит он, но его голос срывается.

Инга притягивает Женьку к себе, и они отходят в сторону.

— Саш, — говорю мягко, — это твоя девушка?

Сын опускает взгляд и вздыхает.

— Не знаю я, кто она мне, ясно?! Я, кажется, вообще ее не знаю.

Да. Именно так я и думал, когда посылал Ингу куда подальше.

— Кажется, она хочет с тобой поговорить, — замечаю я.

— А мне кажется, она просто смеется надо мной, — произносит грустно.

Снова смотрю на девушку.

— Саш, она не выглядит веселой. Даже наоборот, такое ощущение, что вот-вот расплачется.

Сын поднимает глаза и смотрит на меня неверяще.

— Так много проблем можно решить словами, — усмехаюсь печально. — Поверь мне. Достаточно просто поговорить и сказать друг другу правду.

— А если мне не нужна ее правда? — злится.

— Мне кажется, тебе она нужна. А ей нужна возможность сказать эту самую правду. Не повторяй моих ошибок, сынок.

Саня еще какое-то время сомневается, а после говорит:

— Подождете меня в машине?

У нас уже стало традицией после каждого матча ездить в кафе.

— Конечно, — соглашаюсь с облегчением. — И, Саш, у нас в машине есть еще одно место.

Саша задумчиво смотрит на меня, вздыхает. Уходит к своей девочке, а я иду в машину, чтобы им было проще поговорить друг с другом.

Сажусь на водительское место, и Инга тут же интересуется:

— Это его девочка, да? Алина?

— Мне кажется, да, — киваю.

— Сашка вернется?

— Вернется, — отвечаю уверенно.

И хорошо бы, если не один.

Через десять минут он возвращается. Вместе со своей девочкой. Знакомимся с ней, общаемся. Она заплакана и смущается, но держит сына за руку.

Улыбаюсь. Другое дело.

Эпилог

Инга

— Инга, ты поправилась, — Матильда Адамовна крутит в руках сигарету, но так и не прикуривает ее.

Мы переехали в новый дом год назад. У каждого тут своя комната плюс еще парочка гостевых. Дом и вправду вышел очень современный, уютный и экологичный.

У моей бабули комната с отдельным выходом на улицу. Это продумал Никита, зная, как Матильда Адамовна любит подымить.

Бабушка организовала там себе небольшую террасу с плетеным креслом-качалкой и столиком. Часто ее навещают подруги, и они засиживаются за беседами и картами.