Книга Измена. Ты меня никогда не любил, страница 4 – Даша Черничная

— Женя, ты меня в могилу сведешь, — не, ну точно, надо сердечко проверить.

Моя идеальная секретарша спешит за мной с горячим кофе. Я падаю в кресло.

— Ваш кофе. — И начинает тараторить: — Артур Борисович ждет вас через полчаса. Далее встреча с фондом «Добро в руки», после двенадцати они пришлют отчет, который вы просили.

Трещит, трещит, и я киваю, слушаю.

— Жень, а закажи мне завтрак, — я голодный, просто жесть. И это для меня непривычно.

Женя растерянно моргает и поправляет очки.

— Д-да, конечно. Что бы вы хотели?

Так как теперь завтраки мне не светят, надо бы попросить Женю заказывать его на работу. После завтрака отправляюсь к отцу.

— Привет, бать, — жму ему руку.

— Доброе утро, сынок.

Обсуждаем дела и планы. Решаем проблемы.

— На сегодня, пожалуй, все.

Киваю.

— Пап, я еще сказать хотел: мы с Делей решили развестись, — говорю как бы между прочим.

Повисает гробовая тишина. Отец буравит меня взглядом:

— Кто решил? — тон ледяной.

— Деля. Я. Мы вместе. Давно надо было это сделать.

Неожиданно отец отшвыривает бумаги и словно испепеляет меня взглядом. Я впервые вижу его таким злым.

— Ты чего творишь, Рома?! Тебя никто не тянул в этот брак! Нахрена ты так с девочкой?! На качелях вверх-вниз катаешь ее, а она же любит тебя!

Завожусь.

— Не любит никто никого, — отвечаю уверенно. — Еще кто кого втянул! И вообще, это был взаимовыгодный союз!

— С хера ли?!

Воу! Распахиваю глаза.

— Вы с матерью настаивали на моей женитьбе, забыл? Вам даже было насрать, на ком, вот я и выбрал, считаю, неплохой вариант!

— Ты че, сын, офонарел? Выбрал он! Деля тебе что, племенная кобыла или ель новогодняя, чтобы выбирать? И не надо на нас перекладывать ничего, Рома! Мы тебя не принуждали. Тебе было тридцать два, а ты херней маялся!

— Какая теперь разница, отец? — выдыхаю. Сука, в грудине снова щемит. — Вчера Деля забрала вещи и ушла. Все. Разговаривать не о чем. Делить нам тоже нечего — брачный контракт все расставляет по местам.

Отец качает головой и опускает ее, произносит тихо:

— Иди, Ром. Разочаровал ты меня.

Пф-ф. Распсиховавшись, поднимаюсь и ухожу к себе.

Аделия

— Дель! Делька!

— А?

— Ты где витаешь? Решай задачу, — Димка кивает подбородком на открытую тетрадь и сам возвращается к урокам.

Опускаю глаза на формулы, но удержать внимание не получается. Взгляд то и дело тянется к бассейну.

Там старший брат Димки — Рома. Плавает с какой-то вульгарной девицей. Неужели ему такие нравятся, на ней же все написано… Купальник такой, что у меня даже уши краснеют — одни ниточки. Но Роме, в отличие от меня, все в кайф. Он следит за плавными движениями девушки, а после ловит ее в воде.

Они кружатся, целуются. А у меня внутри будто кислоту разлили. Больно-то как. Разница со старшим братом Димы у нас не сильно большая — пять лет. Для меня этой разницы вообще словно и нет, но парень меня не замечает.

Я пустое место для него. Бесполый друг его брата. Каждый раз, приезжая сюда, я дотошно выбирала наряд, чтобы быть самой красивой, самой привлекательной, но все впустую. Он просто не видит меня, и каждый раз я будто гасну, как спичка.

— Хватит, — обрывает Дима. — Не мучай себя. И меня тоже.

— О чем ты? — оборачиваюсь на Диму и тут же заливаюсь краской.

— Ты пялишься. А он даже не видит этого, — поджимает губы.