Книга Измена. Ты меня никогда не любил, страница 83 – Даша Черничная

Хочется чего-то, а чего — непонятно.

Открываю холодильник и сканирую взглядом его содержимое. Вообще в последние месяцы я старалась держать себя в руках в плане еды, потому как набор веса был уж очень стремительным.

Из-за этого я отказывалась от многих продуктов, но сейчас чувствую: прямо вот очень надо. Взгляд бегает от полки к полке, пока наконец не останавливается на бутылке лимонада.

Серьезно?

Вздыхаю. Так вот чего тебе хочется, сладкоежка.

Скручиваю металлическую крышку со стеклянной бутылки и выхожу на улицу, кутаясь в теплый кардиган.

Сажусь на плетеный стул и вытягиваю ноги, пью приторно-сладкий лимонад, счастливо улыбаясь. Живот слегка потягивает, но я игнорирую это.

Настала осень, и стало значительно прохладнее. За лето Петр засадил почти весь участок кустарниками, деревьями и цветами, которые периодически подвергаются варварским набегам Байкала. Этого пса перевоспитать просто невозможно.

Как раз в этот момент он прибегает и садится мне в ноги. Утыкается мокрым носом в бедро, кладет голову него. Доверчиво смотрит в глаза и тихонько скулит. Это так непохоже на него. Обычно он носится по округе безостановочно. Но сейчас все по-другому.

— Тоже чувствуешь, да? — шепотом спрашиваю у него.

Байкал моргает и снова скулит. Запускаю пальцы ему в шерсть и чешу за ухом. Сидим так какое-то время в тишине и неподвижности. Бутылка лимонада пустеет, а на душе становится так спокойно-спокойно.

Рома подходит со спины и обнимает меня, опускается к шее, оставляя множество поцелуев.

— Не спится? -—спрашивает он.

— Что-то совсем нет, — вздыхаю.

Волков уже привычно притягивает меня к себе и обнимает еще крепче. Его торс оголен, он не потрудился одеться, а я вот мерзну. Обхватываю его за плечи и вдыхаю любимый запах.

— Пойдем завтракать? — спрашивает он. — Лимонад это, конечно, хорошо, но нужно что-то посущественнее.

Уходим на кухню, спокойно завтракаем, разговариваем. Рома заканчивает первым и уходит в кабинет. Пока он обсуждает что-то по телефону, я складываю посуду в посудомойку, глажу живот.

— Чем займемся? — интересуется он, появившись у меня за спиной.

Я резко оборачиваюсь.

— Разве тебе не надо на работу? — спрашиваю удивленно.

Ромка мягко улыбается и обнимает меня за плечи:

— Работа подождет. Сегодня я дома.

— Ром, да ты чего? — удивленно выгибаю бровь. — Это вовсе не обязательно. Тем более сейчас придут Петр и Вера.

— Я отпустил их на сегодня, — отвечает Волков со странным, каким-то блаженным выражением на лице.

Я не могу сдержать улыбку.

Идем с Ромой в гостиную, садимся перед телевизором, спорим о том, что смотреть. В итоге он ожидаемо уступает мне и сдается. Я пытаюсь сконцентрироваться на комедии, но внимание расфокусировано. Я остро чувствую горячие ладони Ромы. То, как они нежно массируют мои ноги. Его запах у меня под кожей. Мозг плывет.

Я отбираю пульт и выключаю телевизор. Медленно приподнимаюсь и перекидываю ногу через Ромкины бедра, сажусь верхом.

Провожу рукой по его жестким черным волосам, глажу отросшую щетину, целую. Его руки тут же ложатся мне на спину. Он расслабленно прикрывает глаза и выдыхает.

Я нежусь в нем, наслаждаюсь всем, что происходит. Вспоминаю самые теплые слова о любви и нежности.

Рома помогает мне стянуть с себя домашние брюки, сдвигает мои трусики и помогает сесть на него. Я двигаюсь неспешно, на грани нежности. Не хочется остроты и резкости, хочется плавиться и наслаждаться. Волков позволяет мне делать с собой все что угодно, полностью отдавая бразды правления в мои руки.