Онлайн книга «Кольцо половецкого хана»
|
Он бесшумно приблизился к нему и сел за соседний стол, оказавшись за спиной манекена. Вероника Ивановна поставила, вернее, посадила себя на место незнакомца и поняла, что с его места трудно понять, что перед ним не живой человек, а манекен. Это — несомненный плюс, но надолго ли… А незнакомец заговорил. Вероника Ивановна много, очень много отдала бы, чтобы услышать его слова… Она ругала себя за то, что не озаботилась спрятать на одежде манекена обычный маленький микрофон… Но что сделано, то сделано… вернее, не сделано. Перебрав в голове отредактированные детективы, Вероника Ивановна вспомнила подходящий эпизод. Она достала из сумки крошечный микрофон, подманила к себе Чупу и закрепила микрофон на его ошейнике. Затем она частично шепотом, частично жестами объяснила песику, что он должен сделать. Как известно, ни одна собака не умеет говорить, но зато они всё отлично понимают. Особенно хорошо они понимают своего хозяина. Или хозяйку. Чупа с первого раза понял, чего хочет от него хозяйка. И еще он понял, что настал его звездный час, что наконец-то хозяйка поймет, насколько он незаменим! Ему было страшно, очень страшно — но он преодолел свой страх и едва слышно тявкнул, показывая хозяйке, что готов. Ради нее готов на любой подвиг. Вероника Ивановна приоткрыла чуть шире дверь кладовки, и Чупа беззвучно выскользнул наружу и пополз, прижимаясь к полу, к столу, за которым сидел манекен. Песик полз, используя для прикрытия столы, стулья и горшки с комнатными растениями, и наконец добрался до места и спрятался под столом. Вероника Ивановна перевела дыхание и немного увеличила звук в наушниках. И тут же услышала холодный, безжизненный голос таинственного незнакомца: — Крутого изображаешь? Сидишь спокойно, как будто тебе все нипочем? Повисла пауза, и снова зазвучал тот же голос: — Ты у меня на мушке! Думаешь, я шучу? Если не будешь играть по моим правилам, всажу тебе пулю в почки! Ты не представляешь, как это больно… Он еще немного помолчал и продолжил: — Ну, ты сам напрашиваешься… Вообще-то, я предпочитаю работать ножом… В голосе страшного человека зазвучали мечтательные, сладострастные нотки: — Как я люблю запах свежей крови… как люблю следить за тем, как жизнь гаснет в глазах жертвы… Он подтянул рукав своего плаща, словно хотел взглянуть на часы, и произнес странные слова: — Тамга барнабин… И тут на галерее неожиданно, как чертик из табакерки, появился еще один персонаж. Это был плечистый бритоголовый тип с низким покатым лбом и выпуклыми надбровьями неандертальца. Те, кому не повезло столкнуться с ним в прежней жизни, узнали бы в этом бритоголовом правую руку и неизменного личного телохранителя авторитетного бизнесмена по кличке Жора Гвоздь. Накануне Жора устроил своему телохранителю основательную взбучку и поручил ему следить за Тайпаном и не позволить тому убить частного детектива, тем самым оборвав последнюю ниточку, ведущую к контактам покойного Сычугова. — Он совсем отмороженный! — повторял Жора. — Ему велишь с человеком поговорить — и все, считай, нет человека! Так вот смотри, не спускай с него глаз! Как только он найдет того детектива, который следил за Сычуговым — останови его! Нам тот детектив нужен живым! Отвечаешь за него! И вот теперь Жорин телохранитель, идя по следу Тайпана, застал того наедине с частным детективом. |