Книга Немая улика, страница 116 – Цинь Мин

— Нет никаких оснований считать его геем? – спросил я.

— Да, – подтвердил начальник. – Мы сильно удивились, когда узнали, что вскоре после освобождения из тюрьмы Цао Фэн женился.

— Женился? – спросил я. – Он же гей. Он женился на женщине или на мужчине?

— Ну и ну… – Начальник нахмурился. – Ты разве не знаешь, что бывает бисексуальность? А еще очень много геев женятся, чтобы использовать свой брак как прикрытие, и изменяют своим женам. Мы уже получали такие заявления от граждан.

— На это тоже можно написать заявление?

— Да. Многие обманутые женщины подают в суд на своих мужей.

— Этим тоже занимается полицейское управление? – удивился я.

— После большого собрания полиции, – начальник Хуан закивал. – Какие только пожелания, предложения, рекомендации, жалобы не поступают… Все, что можно только придумать, всё к нам… Эх! Отошли от темы.

Поразмыслив, я сказал:

— Может, ты и прав. Смотри, из тюрьмы его выпустили в конце сентября прошлого года, а уже в октябре он женился. Мы решили, что Цао Фэн умер примерно в декабре-январе. Получается, это случилось через два месяца после свадьбы. Довольно быстро все произошло… Я думаю, вполне возможно, он взбесил своего парня женитьбой и тот со злости убил его.

— Я тоже об этом подумал, – сказал начальник Хуан, задумавшись на несколько секунд. – Наверное, других версий нет.

— А жена Цао Фэна? – вспомнил я. – Может, она знает что-то?

— В данный момент проводится проверка, – ответил Хуан. – Его жена сычуанка, зовут Мэн Мэн, сюда приехала на заработки. При жизни у покойника было не так много друзей, поэтому расследование сильно усложнилось.

— Меня вот что интересует… У него же не было прописки. Разве люди без прописки могут зарегистрировать брак?

— Конечно, они не ходили в ЗАГС, – ответил начальник. – Когда Цао Фэн промышлял воровством, его обучал один рецидивист, к которому он относился как к отцу. Когда Цао Фэн и Мэн Мэн захотели пожениться, они попросили этого старого вора быть свидетелем. Все трое напились, чем и обручились.

— Есть еще один близкий человек? – спросил я. – Это же здорово! Мы можем получить от этого старика еще больше информации.

— Не тут-то было… Старый пройдоха уже сказал, что Цао Фэн не много рассказывал ему о своей жизни. Он знает только, что у парнишки не было родственников.

— Когда они последний раз виделись? – спросил я.

— По словам старика, – начальник сделал глоток чая, – в последний раз они виделись на свадьбе. Затем рецидивист вернулся обратно к себе в деревню, потому что его старый дом хотели снести. Больше он никогда не говорил с Цао Фэном.

— Другими словами, – сказал я, – Мэн Мэн – единственный человек, который знает, что происходило с Цао Фэном в период между его освобождением из тюрьмы и смертью?

Начальник Хуан кивнул.

Вдруг в кабинет для совещаний вошел главный следователь.

— Мы всё узнали о Мэн Мэн, – сказал он. – Она из сычуанской деревни, приехала в Юньтай на заработки, в основном моет противни в шашлычной. У нее на лице гемангиома; люди обычно считают это уродством, поэтому она старается особо ни с кем не общаться. Никто в шашлычной не знал, что она вышла замуж…

— А где она сейчас? – перебил я главного следователя.

— Два месяца назад она уволилась и вернулась обратно в родительский дом. Владелец ресторана сказал, что Мэн Мэн нужно было вернуться домой, чтобы ухаживать за больной матерью.