Онлайн книга «Деревенский целитель»
|
Согласно воззванию, кровь брата должна была стать приманкой для Тойво: ее запах под влиянием чар помимо воли привел бы конюха в лес. Но помимо того, Эйнар намеревался создать фантом Майре, чтобы всласть помучить ее насильников. Он вытащил из своего узелка заранее сплетенную из соломы куклу, пропитал ее похищенным розовым маслом и накрутил на шею красные бусы. Положив куклу на землю, напротив Томми, Эйнар дождался, пока дым окутает ее, и промолвил новое заклинание. Сгрудившаяся вокруг нежить встрепенулась, ее плоть срослась, окрепла и выглядела почти как настоящая. Призраки пожирали бездумными взглядами и жреца, и жертву, тянулись к огню, шипели и завывали в такт потрескиванию сучьев. Наконец из этой какофонии стали складываться слова, и Эйнар прислушался, благо Томми снова потерял сознание и не мог ему помешать. «Чего ты хочешь от нас, человек?» — Я хочу наказать обидчиков этой девушки, — прошептал Эйнар, глядя на куклу сквозь пелену дыма и видя стройный стан колдуньи, ее бесстрастный взгляд и чувственные губы. «Что ты готов за это отдать?» Тут парень растерялся и после недолгого раздумья ответил: — Я готов расплатиться своей энергией… буду делиться ею с вами, сколько нужно… «Этого мало! Нам нужна душа» — донесся до него глухой смех, сливающийся со звуками костра. «Я не могу! Только не это!» — лишь подумал Эйнар, почувствовав липкий панический ужас. Но тут же вспомнил господина Петтери, который не выглядел ни больным, ни слабым, к тому же явно был счастлив в браке. А нужна ли душа, чтобы любить Майре и наслаждаться с ней? Он мучительно соображал, как ответить, но мертвые голоса неожиданно сами подсказали целителю: «Мы можем забрать только часть души — ту, что менее ценна для тебя, зато питательна для нас» — Какая это часть? — проговорил Эйнар, чувствуя, как пересохли губы. «Мы успели ее распробовать там, на хуторе, и полюбили ее вкус…» — прозвучал чей-то сладковатый, напевный шепот. Эйнар растерялся, но вдруг перед глазами замелькали образы — увядающие розы в палисаднике, целебные листья в его мастерской, пустившие кровавый сок, сморщенные плоды и животные, умершие от непонятной хвори. Так значит, все это — дело рук мертвого мира, и он напрасно подозревал Илву! Но почему призраки обратили внимание на скромного деревенского целителя? Неужели из-за грехов или обязательств его отца? С другой стороны, теперь он сможет покинуть хутор вместе с Майре и отведет беды от Стины и прочих его обитателей. А Илва и так уже в безопасности. Зато насильники вот-вот будут наказаны, и никто не вздумает его обвинить, — согласно такому договору, потусторонние силы пожизненно охраняли убийцу от людского закона. Но все же цена… «Так ты сомневаешься?» Ветер едва не задул пламя одним порывом, очнувшийся Томми заревел с новыми силами — и откуда только брал их, при постоянной кровопотере? Звуки хлестнули по нервам Эйнара, и он почти выкрикнул, стремясь выплеснуть боль, тошноту и первобытный страх: — Нет! Я согласен! Забирайте эту часть, что бы это ни означало… По лесу прокатилась волна вибраций, похожих на урчание гигантского спящего животного, призраки стали таять и исчезать, костер теперь горел тихо и плавно. А над куклой из клубов дыма соткалась женская фигура — тоже полупрозрачная, но совсем не похожая на нежить. Это была копия Майре, будто написанная воздушной акварелью на влажном листке, обнаженная, как и во время обряда, и только шею обвивали те же кроваво-красные бусы, волосы темным облаком опускались на стройные округлые плечи. Глаза смотрели ввысь, в безлунную ночь, где единственным источником света был ритуальный костер, а тепло исходило только от умирающей жертвы и того, кто ее истязал. |