Книга Ледяное сердце, страница 30 – Людмила Семенова

Гелена не собиралась возражать: ей нравились игры и тайны, забавляла наивность мужчин, пребывающих в семейном и возрастном кризисе, и сочувствия они уж точно не вызывали. Вспомнить хотя бы первого, которого Латиф подогнал ей сразу после медового месяца, для «тренировки», — это был отец ребенка, пропавшего в парке в день ее знакомства с демоном. Он оказался до смешного легкой добычей, быстро забыл про жену и родителей и за несколько месяцев общения вконец обезумел и опустился. Когда же Латиф дал Гелене отмашку, она просто перестала выходить с ним на связь, и тогда мужик спьяну разбился на машине. Нет, он выжил, но обиженная супруга не пожелала брать переломанного инвалида на попечение, и пришлось ему идти с повинной к своим старикам.

После него было еще несколько не особо интересных заданий в разных странах, но ровно через год муж представил ей «клиента» с удивительно похожей историей — этого несчастного Цыплакова с мебельной фабрики, у которого сын также исчез во время городского Хэллоуина. Латиф объяснял, что мужчины со свежей травмой для них особенно сочная пища, и все же столь точное совпадение насторожило Гелену. К тому же, в это время ее стали напрягать и другие вещи, в частности то, что он на своей «работе» совсем не гнушался физических контактов с другими женщинами. Она мучительно ревновала и одновременно возбуждалась от мысли, что ее избранник так притягателен и скверен, поэтому новость, что он провалил какое-то дело, неожиданно ее ранила. И эта ядерная смесь эмоций уже не грела, а обжигала.

Алкоголь больше не помогал расслабиться, и днем, во время опостылевшей вахты в кафе, Гелена совсем сходила с ума. Тут-то эта мелкая дрянь, дочь Цыплакова, и попала под горячую руку. Не стоило, конечно, напускать на нее чары, Латиф не любил самодеятельности, и Гелена пока решила умолчать про эту выходку. Но в провале с отцом девчонки пришлось признаться.

Мужик и впрямь повел себя неадекватно: помчался во весь дух из ресторана, а на улице и вовсе отрубился. Но самое главное — Гелена больше не чувствовала потоков исходящего от него желания, не улавливала аромата и ритма его растревоженной ауры. Будто кто-то их перекрыл, как газовый вентиль. Неужели он оказался ей не по зубам? Или дело в атмосфере этой чертовой гостиницы? Видимо, Латиф прав и от нее стоит держаться подальше.

Устав от тяжелых раздумий, Гелена поднялась и поставила на плиту старую закопченную турку — Латиф признавал только сваренный в ней кофе. Он принял ее молчание за согласие с последними доводами и удовлетворенно прищурился. «Но в следующий раз, пожалуй, стоит быть поласковей, — заключил он. — Ей ведь совсем немного надо для счастья, а тогда она быстро становится покладистой».

Латиф примирительно погладил жену по бедру. Она обернулась и после паузы осторожно промолвила:

— А могу я кое-что спросить?

— Я тебе никогда этого и не запрещал, — сказал Латиф, слегка напрягшись. — Но не обещаю, что отвечу на любой вопрос. Есть вещи, которыми просто ни к чему загружать такую очаровательную голову.

Она снова села напротив него и, решившись поднять глаза, спросила:

— Латиф… Эти две истории с детьми… они же как-то связаны? Что с ними произошло? Куда они деваются?

По лицу мужа Гелена сразу поняла, что вопрос относился именно к подобным вещам, — он нахмурился и прикусил нижнюю губу, как делал всегда, чтобы ответить без лишнего запала. Но ей хватило выдержки не отвести взгляд, и Латиф произнес: