Книга Не подавай виду, страница 78 – Людмила Семенова

Старик методично кромсал ножом мясо на ломтики и бросал их в котелок, затем смачно облизал кончик лезвия, по которому стекал кровяной сок, отхлебнул из деревянной кружки какой-то напиток и икнул. Его жуткие глаза блеснули так, будто Сония была таким же куском аппетитной плоти.

Она проснулась с тошнотой и головокружением, было так душно, что хотелось высунуться из окна по пояс. В совпадения она не верила, в карму тем более, но почему-то ей казалось, что старик глядел прямо на нее и припоминал ее прошлое. Парня, которого она соблазнила на спор еще в старших классах, на глазах у его воздыхательницы — блаженной барышни, которая усиленно хранила себя до свадьбы. Та, увидев их прямо в женском туалете, не вынесла и отравилась таблетками, но все списали на ее хрупкую психику и мрачные стихи, которые та любила штамповать в тетрадках. Впрочем, разве не так? При чем здесь она, Сония, если парень добровольно на нее залез, а девица не умела ценить жизнь?

Или ее клиентку, у которой умер ребенок, успел наглотаться собственных отходов жизнедеятельности. Нехорошо, но ведь предыдущие четыре раза были удачными, а ошибки бывают у всех! Врачи шутят про «свое кладбище у каждого», и никого это не смущает. Сколько младенцев умерло в роддомах от микробов и просто от грубости и безразличия, — никто не считал? Зато в духовных акушерок все радостно кинут камень.

А ее сеансы, помогающие людям раскрыться и получить блаженство, о котором они в своих унылых офисах и душных спальнях и не мечтали? Да, они небезопасны для психики, как и любое снадобье, но не лучше ли смотреть на этот гнусный мир через хаотичные и яркие стеклышки калейдоскопа, а не унылое немытое оконное стекло?

Да еще эта рыжая нервы потрепала — столько лет болталась как непонятно что в проруби и снова явилась. Ну и случилось то, что должно, обязано было случиться! Может быть, и прошлый инцидент без нее не произошел бы, она будто притягивала неудачи. Конечно, они тогда, пожалуй, перегнули палку, но что она понимала в их делах?

А ведь когда-то Сония всерьез рассматривала это недоразумение как пятую в общине! Да, с таким колоритом она прекрасно подходила, ей могли подогнать отменных спонсоров, но та уперлась: не могу, мужа люблю! Да пожалуйста, зачем ему что-то знать, этому мужу? Меньше знаешь — крепче спишь, как известно.

Сония бродила по дому со стаканом холодной воды и перебирала эти сумбурные мысли, пытаясь выудить хоть что-то дельное. Едва она вспомнила про рыжую, как внутри царапнуло, очень нехорошо царапнуло. Мужу... Стоп, а что еще она говорила про этого мужа?

Тут женщина переступила порог бывшей спальни Джаниты и оцепенела, даже забыв о рыжей, — над туалетным столиком горел приглушенный свет, стояла раскрытая косметичка, стул был отодвинут, а когда Сония подошла ближе, ей бросилась в глаза расческа, опутанная длинной золотистой прядью. Но ведь они все убрали после ее госпитализации и навели порядок...

Кинувшись в комнату Риты, Сония поежилась — окно оказалось распахнуто и шарики на маленькой елке позвякивали друг о друга от ветра. Тут же она поняла, что коснулась чего-то липкого: дверная ручка была намазана медом. В будуаре Ситы не нашлось ничего особенного, кроме того, что в воздухе висел свежий запах любимых ею винтажных духов «Пойзон».