Книга Вечерний час, страница 14 – Людмила Семенова

Но вообще Паша был добрым парнем и снисходительно относился к чужому невежеству, как на родине, так и здесь. Поэтому благодарность в глазах Чабелы и Амади доставила ему искреннее удовольствие. Пока они таскали воду, он рассмотрел много домов, еще более бедных, чем у его хозяев, и местные жители смотрели на него с той же смесью любопытства, настороженности и еще какой-то задней мысли, что и в Дыре-Дауа.

Вскоре он привык к их взглядам, как и к подозрительному запаху, который по-прежнему струился со стороны леса. Несколько дней прошло мирно и интересно, ученики быстро прониклись к Паше симпатией, и только два-три человека все еще недоверчиво на него косились. К концу учебной недели Хиллар сказал ему по дороге домой:

— Ну что, Пол, помнишь уговор насчет праздника? Завтра много ребят туда собирается, надо успеть занять место в автобусе.

Разумеется, подспудно Паша об этом помнил, несмотря на работу и обилие впечатлений, хотя не вполне понимал, чего ждать от этого дня. Неизвестно, удастся ли еще раз увидеть Тэю, а если и удастся, то чем обернется новая встреча? Если он интересен ей только как турист из благополучной страны, смотрящий наивными глазами на экзотические красоты, у их отношений вряд ли есть будущее. Впрочем, а интересна ли Тэя для него в каком-либо ином качестве, нежели красавица из таинственного края, связанного с именем отца?

Собственно, в этом самом «ином» качестве Паша до сих пор не рассматривал ни одну девушку: он часто с ними дружил, порой платонически влюблялся, но не испытывал острой, трепетной нужды в обладании ее телом и соединении душ. Иногда ему вообще казалось, что и тому, и другому придают слишком большое значение, будто в жизни нет больше ничего интересного — жутких дворов и чердаков, изучения мертвых диалектов, игры на гитаре и африканской лютне, серфинга на Финском заливе, да хоть приготовления изощренных разновидностей пиццы вместе с мамой и сестрами. Они с детства придерживались этой традиции перед праздниками, и Паша не уступал девчонкам в расторопности. Старшая Кристина, большая любительница классики, пекла строго по итальянской рецептуре, а младшая Аня предпочитала дикую эклектичность вроде киви, клубники и шоколадного соуса. И одевалась так же эксцентрично: хоть ей исполнилось только тринадцать, она уже росла очень своенравной девочкой. И все же обе были по-своему мечтательными и верили в любовь на всю жизнь, не задумываясь об изнанке этих красивых слов.

Зато в Эфиопии, как Паша успел убедиться, отношения полов совсем не имели какого-либо пикантного флера и загадки. Когда Хиллар буднично упомянул, что у Амади совсем скоро начнется та самая «подготовка к замужеству», парень решил, что ему возможно, удастся своими глазами увидеть какой-нибудь красивый обряд.

А когда наступил выходной день, они с Хилларом и Амади, которую родители отпустили по просьбе Паши, отправились спозаранку к автобусной остановке. Молодежи действительно собралось много, и все что-то весело кричали, напевали, проговаривали диковинным речитативом. Он показался Паше гораздо ярче и мелодичнее западного рэпа, который он знал по музыкальным телеканалам и YouTube.

Паша заметил, что многие парни и девушки ходили босиком или в старых резиновых сланцах. При этом они нарядились в цветастые платья и туники, украсили себя ожерельями из бисера, а на головы надели тюрбаны или венки из желтых цветов. Он тихонько сказал об этом Хиллару, и тот спокойно ответил: