Книга Холод на пепелище, страница 20 – Dee Wild

— Там такое нашли… Сговор, доказательства убийства Дегтярёва… Тайные переговоры с Конфедератами. И знаешь, с кем ещё? — Она сделала паузу и выжидающе выпучила на меня карие глаза. — С Эмиссарами… С теми, которые нас… В общем, безопасники взяли и главврача колонии с заместителями, и высших офицеров Совета. А до суда дотянул только Крючков и один из врачей. Остальные бесследно пропали. И мне почему-то кажется, что их уже нет в живых… Вот как-то так, если вкратце.

Пока я пыталась переварить услышанное, девушка продолжала:

— Это было шоком для всех. Никогда ещё здесь не было таких подковёрных игр… И знаешь, мне кажется, ты была права – людей невозможно переделать. Рано или поздно в любом сообществе появляются те, кто ради власти пойдут на всё… Ну, а потом был трибунал. Закрытый, непубличный, длился аж две недели. А сегодня состоится его публичная, заключительная часть. И вот, собственно, мы с тобой здесь, а вон там… — Она указала на столб света с заключённым в нём человеком, — ключевая фигура заговора, генерал Крючков. Бывший руководитель службы безопасности и правая рука Горячева, бывшего главы Совета Ковчега.

Человек в столбе света не видел тех, кто находился по эту сторону барьера – я уловила это по его подслеповатым движениям, осторожному ощупыванию прозрачных стенок, взгляду, который не мог зацепиться ни за что в зале. И вдруг – в тот момент, когда я на него посмотрела – он взглянул на меня. Лишь на краткое мгновение.

Он завертел головой, взгляд его блуждал, но поминутно возвращался ко мне – каким-то неведомым чутьём он натыкался на меня глазами, выискивал среди присутствующих, как слепец, чьи чувства обострились до предела, перехватывая функции зрительного восприятия.

Странная связь. Я закрыла глаза, и на полотне сомкнутых век появилось оранжевое пятнышко. Едва различимое пятно, как послеобраз от яркого света, пульсировало, становясь то ярче, то тусклее. Стоило сконцентрироваться на нём – и я почувствовала отчётливый ритм. Так билось сердце человека в световом столбе…

Воздух прорезал пронзительный звуковой сигнал, освещение зала приглушилось, а световой столб, оставшийся единственным ярким источником света, пошёл рябью и стал будто бы отчётливей, контрастней.

Мужчина увидел людей, оказался с ними лицом к лицу, но ни один мускул не дрогнул на его лице. Он закрыл глаза. Исчез для десятков масок, стал невидим. Зал замер в терпеливом ожидании, пока человек не покажется из своего последнего убежища – из-за штор собственных век. Даже здесь, в центре внимания и на всеобщем обозрении генерал Крючков умудрился остаться на своих условиях.

В центре, рядом со световым столбом в воздухе соткалась полупрозрачная голограмма человека в плаще до пола, лицо которого скрывал глубокий капюшон. Неведомый прокурор и судья в одном лице, а между ним и полукруглым столом – обвиняемый.

— Я – судебный искусственный интеллект, индекс СИИ-9, ревизия от 01.03. — Голос гремел на весь зал – лишённый тембра, ровный, как гул трансформатора. — Обвиняемый Крючков Антон Савельевич. — Фигура повернулась к арестанту. — Процесс по делу об измене сообществу завершён. Вердикт вынесен. Эпизод с покушением на убийство главы Совета Леонида Дегтярёва снял с вас неприкосновенность личности и памяти. Полученные Судом воспоминания – как долговременные, так и кратковременные, являются подлинными и изменениям не подвергались. В соответствии с «презумпцией не случившегося», ваши мысли и намерения после снятия первой процессуальной омниграммы в расчёт не принимались.