Книга Тайный Санта. Подарок от бывшего, страница 17 – Даша Черничная

— У меня там работает крутой повар — Ник, вот он и научил меня, как готовить некоторые блюда. Он очень интересно рассказывает, поэтому запомнить и заново воспроизвести не сложно.

— Мне было очень вкусно, спасибо, — снова говорю начистоту.

Савельев аж зарделся, видимо не рассчитывал на мою похвалу. После шикарного завтрака, он поднимается и направляется к раковине.

Я подрываюсь и перехватываю его, хватаясь за тарелку:

— Я помою посуду.

— Нет, я! — Он не отдает мне тарелку и тянет на себя.

— Ты готовил — я мою. Все честно, — давлю свою линию.

— Честно — не честно, дай поухаживать за тобой! — не сдается.

— Ты — мой гость. Оставь, я сама.

Это логичный и вполне ожидаемый исход, потому что тарелка падает на пол и разбивается на осколки.

— Это на счастье, — хрипло говорит Сеня.

И только тут я понимаю, как непозволительно близко мы стоим друг к другу. Я слышу его запах, такой родной, такой знакомый. Чувствую тепло его тела и меня безумно манит к нему. А ведь я скучала по нему, часто вспоминала, следила за его соцсетями, выискивая фото с какой-нибудь шваброй, но ничего этого не было. Никакого компромата.

Сеня облизывает свои губы и резко притягивает меня к себе, одним махом выбивая из моей груди воздух. Я капитулирую моментально, без какого-либо сопротивления. Поддаюсь этому парню.

Его губы накрывают мои в нежном, каком-то невероятно голодном поцелуе. Руки Сени сминают футболку на моей спине и сильнее вдавливают в свое мощное тело. Все, что мне остается — запустить руки ему в волосы и ответить на этот горячий поцелуй.

Мы никогда так не целовались с ним. Как будто сто лет тосковали друг по другу и вот, наконец, дорвались. Все, что я сейчас чувствую — это волна, которая накрывает меня с головой и утягивает в свою пучину.

Я не успеваю даже подумать о том, что происходит, как слышу звонок в дверь.

— Я открою, — хрипло говорю я и отлипаю от этих нежных губ.

— Я сам, — не дает мне этого сделать Сеня. — Тут везде осколки. Замри.

И я, черт возьми, замираю. Вот только сердце мое галопом отправляется вскачь.

Арсений уходит, и я слышу звук открываемой двери.

А следом громкое:

— До-о-ча.

— Мама, — шепотом произношу в панике.

Это все чертова вилка.

Я же говорю — не к добру!

— Ох и намело сугробов там! А чего это вы тут делаете? — мама не церемонясь заходит в кухню и замирает в дверном проеме.

— Плюшками балуемся, мама, — я зависаю с кислой миной, присаживаюсь на пол и начинаю собирать осколки.

Затем в дверях появляется Сеня, смещает маму и заходит внутрь, тут же присаживается на корточки и помогает мне собрать осколки.

Быстро справляемся и Савельев, как умный мальчик, ретируется в комнату, оставляя нас наедине с мамой.

— Это кто, доча? — спрашивает она заговорщически.

— Санта-Клаус, — бурчу я и устало падаю на стул.

Ну а что? И ведь не соврала же.

Мама занимает стул, на котором ранее сидел Сеня и подпирает кулаком подбородок.

Моя мама родила меня в двадцать лет, и сейчас, под пятьдесят, она выглядит очень хорошо. Следит за собой, стабильно ходит к косметологу, на всякие массажи и так далее. Одеваться она тоже старается по-модному, но без фанатизма. Именно поэтому на ней сейчас стильные черные джинсы, кашемировый свитер и пальто, которое она складывает и вешает на спинку стула.