Книга Бывшие. Ты так ничего и не понял, страница 2 – Даша Черничная

Ульяна говорит Денису что-то, что ему не нравится, тот поджимает губы.

Стафеев обреченно роняет голову. В этот момент выходит Максим, муж Ульяны, буквально поднимает ту на руки и как куклу уносит в подъезд, а сам возвращается к Денису.

Я сглатываю, потому как понимаю, что сейчас может быть драка, но ее не случается — охрана ЖК быстро поспевает и оттесняет Дениса.

Я же сажусь на заледеневшие детские качели и поднимаю лицо к небу. Холодные слезы противно текут по щекам и капают за ворот колючего свитера.

Выдыхаю морозный воздух.

Ты никогда не будешь так смотреть на меня, Денис. Ни-ког-да. Хоть ораву детей я тебе рожу. Хоть стану самой лучшей, самой идеальной женой.

Марина

Порой принятие очевидного занимает слишком много времени.

Пять лет я верила, искренне надеялась на то, что смогу все исправить.

Но факт прост: любовь нельзя заслужить, как ни старайся.

Именно здесь, на детской площадке у дома женщины, которую любит мой муж, я принимаю едва ли не самое важное решение в своей жизни.

Любовь к Денису проросла глубоко, сплелась с капиллярами и артериями. Так просто ее не выдернуть. Делать это придется болезненно и наживую.

Но как долго мне еще ждать чуда?

Все бессмысленно.

Телефон в кармане куртки вибрирует и вибрирует, но я так и продолжаю сидеть на детских качелях, примерзая к холодным деревяшкам.

Время течет, а я леденею. Не только снаружи, но и изнутри.

Я бы простила Денису многое, потому что любовь моя глупая и доверчивая, она, как маленький, никому не нужный бездомный котенок, готова хвататься за любое тепло, которое ему дает человек.

Но у Дениса нет для меня тепла. Оно уходило постепенно и наконец закончилось. Может, год или два назад.

Я прекрасно понимаю, почему он женился на мне. Клин клином… да… Такое бывает.

Не вышибло. Да и вышибет ли когда-то?

Я не зла на Дениса; как и к Ульяне, у меня нет ненависти к нему.

Мне просто больно. Причин много — За свое одиночество под маской идеальной семьи. За свою ненужность. За годы, которые я потратила, борясь за то, что было нужно мне одной, но никак не двоим.

Не нужна ему твоя любовь, Марина. Может, в самом начале и казалась нужна, когда он был подавлен, а ты возвращала его в реальность. Но сейчас ему опостылело все, просто сказать не может. Ранить боится или еще что-то, черт его знает.

Пять лет я надеялась и верила, но именно сегодня перестала. Когда увидела, что его тянет к ней, даже беременной от другого, даже когда она замужем за другим.

Болезнь это или проклятие его — я не знаю.

Но пожалуй, с меня довольно.

Домой еду медленно. На улице уже стемнело, дороги замело, и наш поезд давно ушел.

Паркуюсь, поднимаюсь в квартиру.

Денис с порога налетает на меня:

— Где ты была? Что случилось? Почему не отвечаешь на звонки? Я уже хотел в полицию звонить, ты же просто исчезла!

Кричит, стягивает с меня промокшую куртку, растирает ладони.

Не потому, что он действительно так сильно переживал, просто Денис заботливый. И считает своим гребаным долгом заботится о всех нерадивых.

— Мы опоздали на поезд! Ты же так хотела поехать…

И вот это «ты» — ключевое. Не «мы». Нас никогда не было.

— Я видела вас. Тебя и ее, — говорю твердо.

Денис замирает, потом устало выдыхает, запускает руку в волосы, взъерошивает их.

— Зачем поехала за мной? — звучит отстраненно, так, будто ему все опостылело. И я, и наш брак.