Книга Бывшие. Ты так ничего и не понял, страница 76 – Даша Черничная

Да какое, к чертям, решение?

Мой мозг расплавился и стек куда-то вниз.

Атмосфера в гостиничном номере меняется, становится гуще; она наполнена незнакомыми запахами, вздохами и стонами. У меня звенит в ушах, тело трясет, как в лихорадке: то бросает в жар, то в холод.

А Денис выхватывает каждый мой вздох, целует, как безумный. Как ненормальный. Ведь он же всегда был собран, серьезен. Он всегда и все анализирует.

Мужчина, который меня сейчас целует, явно не думает ни о чем. Его накрыло пеленой страсти, а следом и меня.

Я хватаюсь за Дениса. Потому, что боюсь упасть или же потому, что просто хочу этого? Черт его знает, но я одной рукой хватаюсь за его плечо, другой оплетаю шею.

И отвечаю ему.

Что там было в прошлом? Что-что? Погромче, пожалуйста. Предательство? Какое предательство?

Денис разворачивает нас и вжимает меня в стену. Ставит на пол, рывком стягивает с меня свитер и даже не дает вздохнуть, снова накрывая мои губы своими.

Я тону в незнакомых ощущениях, только проблема в том, что спасательных жилетов на этой лодке не предусмотрено.

Меня обжигает ароматом парфюма Дениса. Таким знакомым, родным. Самым единственным. Он смешивается с запахом мужчины и уничтожает меня.

Бывший муж придавливает меня своим телом. Куда там бежать? Я не могу сделать глоток воздуха. А Денис будто пьян, ненасытен.

Я чувствую, как напряжено и возбуждено его тело. Я чувствую абсолютно все, и это сводит меня с ума.

Мои губы гудят от поцелуев, меня не целовали уже четыре года. Сергей пытался многократно, но я сводила все к шутке.

Дура, хранила верность мужу, с которым развелась.

Ладно, не дура. Я просто знала, что клин клином не вышибается, как ни старайся. Хоть с сотней мужиков целуйся, это не поможет.

Губы Дениса выпускают мои. Он опускается ниже, целует подбородок, царапает щетиной кожу и оставляет дорожку поцелуев на шее.

По телу волнами гуляет желание — такое забытое ощущение.

Я наконец могу вдохнуть кислород и распахиваю глаза, замираю, глядя на люстру под потолком. Руки мои отпускают Дениса и падают с его плеч.

Стафеев все чувствует. Прекращает меня целовать, выпрямляется.

Что я наделала?

Зарок себе давала. Что я там обещала себе? Не помню ничего, ни одного слова клятвы. Не было ничего. Пуф! Лопнуло как мыльный пузырь.

— Марина, — Денис хрипит, взгляд пьяно блуждает по мне.

А я вдыхаю глубоко, мне снова не хватает воздуха.

— Нет, — качаю головой.

Что нет, я не знаю.

— Мариш, — он касается моего лица и опускает голову, упирается лбом мне в плечо.

Руки зудят оттого, как хочется обнять его, снова почувствовать знакомое тепло.

— Нам нужно остановиться. Сейчас же, — голос тоже мало похож на мой.

Я готова разреветься.

Мое состояние слишком шатко. Я годами уговаривала себя забыть Дениса, переболеть, вылечиться, начать собственную жизнь и жить ее так, как мне хочется.

А потом он приходит, и за каких-то пару месяцев к чертям собачьим разваливает то, что я возводила четыре года. Просто одним поцелуем перечеркивает все.

И ладно бы поцелуи, да я не могу понять себя, свои чувства. Чего мне хочется на самом деле? Мозг вопит одно, тело кричит о другом, сердце и душа молча обливаются слезами.

Меня начинает трясти.

Денис выпрямляется, обхватывает меня за плечи и прижимает к себе. Рукой зарывается в мои волосы и произносит тихо: