Книга Развод. Ты разрушил нас, страница 5 – Даша Черничная

Быстро поднимаюсь по лестнице, стараясь не думать о том, что бородач сейчас смотрит на мою попу. На палубе подхватываю полотенце и кутаюсь в него.

Мужчина, не глядя на меня, вылезает следом за мной и тут же идет к штурвалу, заводит мотор и начинает движение, разворачивается. Да. Так лучше будет.

Я сижу на диванчике, смотрю на удаляющийся горизонт и прощаюсь с ним. А мне бы так хотелось провести тут весь день. Или всю оставшуюся жизнь.

Когда мы пришвартовываемся, я надеваю сарафан. Белье еще не высохло, и ткань моментально пропитывается водой. Отжимаю волосы, захожу внутрь, где бородач уже переоделся в сухую одежду.

— Как тебя зовут хоть? — спрашиваю его.

Он усмехается:

— Забей, русалочка, — усмехается он. — Эта информация тебе не поможет ничем. А теперь беги. И не тони больше.

— Спасибо за все, и… я хорошо плаваю.

Мужчина провожает меня взглядом, и я ухожу.

Я не успеваю уйти далеко. Меня перехватывают руки, до боли сжимая мои предплечья.

— Ксюша, блять! — орет муж. — Какого хера ты тут делаешь?!

Далеко убежать не получилось…

Кирилл

— Леша, блять! — ору на начальника службы безопасности. — Где она? Найди мне ее!

— Кирилл Юрич, мы делаем все возможное. Нам нужно время.

— Работай!

Наливаю себе в граненый стакан вискарь, выпиваю залпом.

— Кирилл Юрьевич, я могу что-то сделать для вас? — секретарша появляется передо мной в халате.

— Дина, я сказал тебе — скройся с глаз моих! — рычу.

Дина, мать ее, будто не понимая русского языка, садится ко мне в ноги и смотрит преданно:

— Почему помешала она, а виновата я?

— Слыш, Дин, ты берега не путай, ясно? Не она, а Ксения Александровна. И уважения в тон добавь, понятно?! — злюсь, хочется зарядить секретарше, чтобы свалила наконец. — И она не виновата в том, что я трахнул тебя.

Дина, сука такая, поднимается на ноги и вертит жопой:

— Мне кажется, если бы она удовлетворяла тебя, ты бы не трахнул меня, — улыбается зазывно.

А мне хочется пойти и проблеваться. Господи, что со мной не так? Нахера я устроил все это? Как бес попутал. Можно ли ненавидеть себя еще сильнее?

— Дина, свали нахуй из поля моего зрения, — кровь приливает к глазам. — Чтобы сегодня же вернулась в город.

— Но, — округляет глаза, — выставка… мы же должны…

— Мы ничего не должны! Я должен найти свою жену! Нахер выставку.

— Я поняла вас, Кирилл Юрьевич, — выпрямляется. — Все будет исполнено.

Она наконец-то сваливает, а я наливаю себе еще стакан.

Так. Ладно. Ничего страшного не произошло. Я ошибся. С кем не бывает? Никто не идеален. Ксюша поймет. Я объясню ей все, она простит. Мы отдохнем тут недельку, как и планировали, а потом вернемся в город, домой. Все будет по-прежнему.

Она любит меня и простит.

Хватаюсь за гудящую голову.

Нахера я выпил вчера столько? Жрал как не в себя — и вот, пожалуйста.

У Ксюши невероятно большое сердце, она обязательно поймет, что я оступился, и простит. Не сможет не простить. Мы родим ребенка, и наш брак станет еще прочнее.

С ревом смахиваю со стола стаканы и бухло, валюсь на кровать.

Не сплю, но и не бодрствую, нахожусь где-то в пограничном состоянии. А мне хочется вернуться во вчера и не ехать сюда. Звонит телефон, я подрываюсь, чтобы ответить.

— Кир, она зарегистрировалась в отеле ***.

— Спасибо! — вскакиваю, собираясь направиться туда.