Книга Одним Словом, страница 58 – Даша Черничная

Из видимых повреждений — рассеченная бровь.

— Тебе надо обработать рану, — сказала я и, взяв парня за подбородок, попыталась сильнее вглядеться лицо, ища другие повреждения.

— Куда ты полезла? Ты же понимаешь, что могла пострадать? — крикнул на меня Ник и перехватил мои руки, сильнее сжал.

На лице парня заходили желваки, он был очень зол.

— Я не могла просто стоять в стороне и смотреть, как тот тип с ножом махает им у тебя перед лицом, а второй так и норовит напасть из–за спины.

— Я бы справился сам, — взволнованно, но уже спокойнее сказал Никита.

— Конечно справился, Рембо! Я просто немного тебе помогла.

— Никогда больше не влезай в мужскую драку. Обещай! — настаивал он.

— Да не буду я никуда больше лезть, хорошо! — я бы согласилась сейчас на что угодно, внутри меня бушевало черное море из–за адреналина.

Никита устало выдохнул и притянул меня к себе, крепко обнимая. Я же и сама прильнула к нему, обвила руками за талию, а лицо положила грудь парня, вдыхая уже знакомый запах духов и сигарет, слушая сильное биение сердца.

Стоять вот так — просто обнимая, разделяя на двоих сегодняшний вечер было безумно, просто невероятно прекрасно и волнующе.

Где–то на задворках возникла мысль о неправильности таких объятий, о том, что Никита младше меня и ничего из этого не выйдет. Но я отмахнулась от нее, поудобнее уложила голову на груди у парня.

Возможно, в этот момент адреналин схлынул, оставляя после себя бессилие, потому что я практически обмякла в руках Никиты.

— Никит… — позвала я.

— Лер? — отозвался он.

— Пойдем, обработаем тебе бровь.

— А что с ней? — спросил друг брата, отодвигаясь от меня и касаясь рукой своего лица, вымазывая пальцы в кровь.

— Идем, — я взяла парня за другую руку и потянула в подъезд.

Он не сопротивлялся, лишь сильнее сжал мою ладонь.

— У тебя уютно, — сказал Никита, осматриваясь в моей квартире.

— Спасибо. Иди сюда, — я притянула его за руку и усадила на высокий стул возле барной стойки.

Сама вымыла руки, достала аптечку и начала искать то, что нужно — перекись, бинт и пластырь.

— Сиди ровно, — сказала я, располагаясь между его ног.

Сложила бинт в несколько раз и обильно смочила его перекисью.

— Сейчас будет щипать, — предупредила я и приложила бинт к ране.

Никита немного скривился.

— Прости, я не знаю правила оказания первой помощи при рассечении брови, — и пожала виновато плечами.

— Все в порядке, заживет. Мне не впервой.

— Правда? — удивилась я.

— Да, только не проси рассказать.

— Хорошо.

Убрала бинт и подула на рану, а затем взяла пластырь и аккуратно приклеила его, чтобы не задеть поврежденные ткани.

— Никит, спасибо тебе. За то, что вступился за меня и не бросил в беде.

— Разве могло быть иначе, Лер? — спросил он, а я пожала плечами.

Я стояла близко к другу моего брата. Не позволительно близко, хочу я вам сказать. А еще я не заметила, когда Никита положил свои руки мне на талию?

Сейчас они отдавали жаром, посылая по телу волну мурашек и завязывая узел внизу живота.

— Лер.

— Никит.

Отбрасывая все сомнения, мысли, переживания и события сегодняшнего дня, я обхватила лицо парня руками, опустила голову ниже, и первая поцеловала его.

Губы Никиты были мягкими, теплыми и потрясающе сладкими. Он целовал меня нежно, чувственно, аккуратно исследуя мои губы и язык, как будто боялся спугнуть. Я сделала то, о чем мечтала уже несколько лет — запустила руку в волосы парня и немного потянула их в кулак.