Книга Лекарство для разбитых сердец, страница 29 – Даша Черничная

Сама не понимая, что делаю, я кончиками пальцев, слегка коснулась отметин на щеке парня. Ощущалась небольшая щетина, скорее всего Дима брился вчера утром, а сегодня не успел или не захотел.

Мне нравились и отметины, и щетина. Мне, черт возьми, все нравилось в этом парне, а что это означает?

Правильно. Что — то тут не так. А раз что — то не так, то не стоит подпускать его близко.

Тем более что времени после последнего расставания с Игорем прошло не так много.

Я опустила руку и для уверенности завела за спину, переплетая в замок с другой рукой.

— А что дальше? — спросила я.

— Что? — Дима явно был растерян от моего неожиданного внимания и забыл, о чем говорил.

— Левая нога впереди, а что дальше?

— А. Ставь левую ногу ближе к носу доски, а правой отталкивайся. Я буду тебя держать за руку и помни, чтобы не случилось, я не дам тебе упасть.

Я сделала, как сказал парень, и попыталась проехать.

— Ай — яй. Это очень сложно, — я опиралась рукой на Диму, он действительно держал меня крепко, но ровно балансировать было сложно.

Минут тридцать я училась отталкиваться и стоять более — менее сносно. Пару раз чуть не улетела носом вперед, но Дима крепко держал меня и не давал упасть.

— С отталкиванием понятно. Теперь попробуем правильно ставить ноги. Делай тоже самое — отталкивайся, но теперь переставляй ноги перпендикулярно доске.

— Зачем? Мне и так нормально.

— Ты хуже держишь равновесие, да и все трюки выполняются из положения ног перпендикулярно доске.

— Трюки? — ошарашено воскликнула я, и в очередной раз чуть не уехала носом в асфальт.

Дима не дал мне этого сделать.

— Алин, конечно, трюки. А ты думала, для чего здесь?

Я ошарашено смотрела ему в глаза, не веря собственным ушам. Какое — то время Дима держал маску непроницаемости, а затем рассмеялся.

— Русалка, тебя так просто напугать? Расслабься, ну какие трюки?

— Кто знает, что у тебя в голове, — выдохнула я.

Еще час Дима возился со мной, учил правильно отталкиваться, переставлять ноги и тормозить. По правде, мне понравилось кататься на доске, было какое — то ощущение свободы, несмотря на постоянное присутствие Диминых рук на своих руках и пояснице.

Потом он сказал:

— На этом, пожалуй, наш урок закончен. Пойдем, найдем аптеку, намажем тебе ноги.

— Зачем мне мазать ноги?

— А разве ты доской себе щиколотки не отбила?

Я прислушалась к своим ощущениям — действительно, места, где я ударялась о доску, болели.

— Ну вот, теперь с синяками ходить, — вздохнула я, нагнулась вниз и взяла в руки скейт.

— Не будет синяков, если сразу места ушибов намазать, — сказал парень и забрал у меня доску и подошел ко мне очень близко.

— Дома намажу, у меня есть гель.

— А мы еще не собираемся домой, — улыбнулся Дима, и мое сердце пропустило очередной удар. — А вообще ты не сказала — заслужил я поцелуй или нет?

— Ой, точно. Мне не очень понравилось, — я даже для убедительности скривила нос.

— Вот как, — грустно улыбнулся Дима. — Значит, я плохо старался.

Мы стояли посреди парка достаточно близко друг к другу. Я как завороженная смотрела в темные омуты парня напротив.

— Но за старания ты заслужил поцелуй, — чуть тихо сказала я и быстро, не дав себе времени опомниться встала на носочки, уперлась руками Диме в грудь, закрыла глаза и поцеловала.