Книга Метод подчинения, страница 31 – Полина Ветер

Тоже мне, чеширский кот…

Ближе к двенадцати, когда делегация решает переместиться в какой-нибудь ресторан поесть, я подхожу к шефу с очередной просьбой:

— Даниил Сергеевич, мое присутствие в ресторане жизненно необходимо?

Он смотрит на меня вопросительно:

— Что-то случилось?

— Мне нужно съездить домой за вещами.

— Это нельзя сделать вечером? Я сам тебя отвезу.

— Нет, послушайте, мне правда нужно сейчас. – Не знаю, что написано на моем лице, но идея того, что Даниил привезет меня к дому, и Лёша это увидит, может закончиться плачевно.

— Ладно. – Выдыхает босс.

— Правда, можно?

— Иди. Двух часов тебе хватит?

— Вполне.

— Тогда встретимся в офисе.

— Спасибо.

Я машу стоящим недалеко от нас немцам рукой и киваю. Потом вызываю такси и еду в мой бывший «дом», чтобы забрать все необходимое для жизни отдельно от мужа.

Квартира встречает меня тишиной и привычным запахом. Наше гнёздышко. Все здесь мы придумывали сами. Я приложила немало усилий, чтобы создать в нашем доме уют, но сейчас меня почему-то это совсем не заботит. Достаю из шкафа большую дорожную сумку и складываю в неё свои вещи. Только то, что буду ещё носить. Остальное складываю в мешки для мусора, чтобы отнести на помойку. Не вижу смысла оставлять одежду здесь, ведь надеюсь, что это мой последний визит к мужу. Я складываю косметику и остальные принадлежности, оставляя всю посуду и предметы декора Лёше. Забирать все это бессмысленно.

Когда вещи практически упакованы, мешки сложены в коридоре, я позволяю себе последнюю слабость – прохожу на кухню и забираю любимую кружку с изображением слона. В этот момент слышу щелчок замка у входной двери.

Кровь в венах мгновенно застывает. Силой заставляю себя дышать и замечаю, как трясутся руки. Выхожу в коридор на ватных ногах.

— Ну и что тут у нас происходит?

Алексей в своем черном пальто и отглаженных брюках выглядит ухоженным. Не то, чтобы я ожидала увидеть перед собой распустившегося неряху, он всегда был очень придирчив к своему внешнему виду. Просто осознание того, что он и сам может погладить себе рубашку, без моей помощи, как-то не вовремя врывается в мои мысли.

— Я не понимаю, Оля. Что это за баулы? Куда ты намылилась, а?

— Мне дали служебную квартиру.

Я блею, как овца.

От его внимания это не скрывается.

— Ты никуда не уйдешь.

Он снимает пальто и вешает его на вешалку.

— Мы сейчас с тобой попьем чаю, обсудим что с тобой происходит. Вместе найдем выход, может тебе понадобится дополнительное лечение. Я готов помогать и поддерживать тебя. – Он медленно направляется в мою сторону, я замираю на месте.

Лёша подходит близко ко мне и обнимает за плечи. При этом шепчет мне на ухо:

— Олечка, милая, я же люблю тебя. Ты забыла? Ну ничего. Мы все исправим. Начнем все заново…

Он говорит со мной как с умалишенной. Словно я съехала с катушек и творю неизвестно что. А он, как добрый папочка, всегда готов подставить свое плечо потерявшейся дурочке, потому что зачем ещё нужны родные люди?

И все это происходит со мной.

С женщиной двадцати семи лет отроду, которая всю свою сознательную жизнь верила, что семья – это святое, и ни в коем случае нельзя её разрушать.

Голос Алексея звенит у меня в ушах, и я действительно уже не понимаю, где реальность, а где искареженное долгим внушением и убеждением сознание моей запутавшейся душонки.