Книга Развод отменяется. Найди меня, папа!, страница 14 – Анна Лапина

Лейла оборачивается ко мне и долго смотрит в мои глаза. Хочет обнять, спрятаться и унять свою тревогу в объятиях, но больше эта опция нам недоступна. Я отключил ее для нас двоих в тот момент, когда связался с Алевтиной.

Приобняв жену за плечи, веду внутрь круглосуточной точки, где продают бургеры и картошку фри. Взглядом нахожу удобный столик и веду нас туда. Сажаю Лейлу, и сам сажусь напротив.

— Как думаешь, он нам поможет? — шепчет Лейла.

— Поможет! Обязательно поможет! Мы найдем нашу девочку! Найдем! — лукавлю, потому что не совсем уверен, что эта девочка наша дочь. Лишь процентов на семьдесят.

Я ведь видел тест ДНК с девочкой, которую мы похоронили! И она наша! И как тогда все это возможно?

Роман

Оглядываюсь по сторонам.

Все так изменилось.

Давно не был в таких заведениях. Да и раньше особо не ходил. Когда Лейла была беременна, всегда просилась сюда. Покупала себе мороженное, булочку с вишней. И кусала последнюю, положив сверху ложечку мороженого. Говорила, что так она еще вкуснее и не такая горячая.

— А помнишь, как ты иногда плакала во время беременности и говорила, что умрешь без их булочки с вишней? — решаю напомнить об этом жене. — Так горько плакала, что это даже пугало.

— Помню. И по мороженому ревела, — вздыхает она, потому что такое было только во время беременности. — А ты всегда брал себе здесь кофе и жаловался на его вкус. И все равно покупал каждый раз.!

— Потому что спать хотел безумно, — тяну, вспоминая те времена, когда мы оба были счастливы и у нас было все. — А кофе хоть немного помогал.

Я тогда работал много. Пытался дать Лейле все, к чему она привыкла. Наша семья лишь немного дотягивала до того уровня богатства, каким владела семья моей жены.

— Лейла, а что, если это наша дочь? — неожиданно вырывается у меня.

— Я была у детектива, Рома, — тяжело сглатывает и продолжает. — Наша дочь жива. Дамир нашел одну женщину, которая занималась регистрацией детей, рожденных вне стен больницы. Домашние роды, проще говоря. Но не только этим она занималась, а и всякими незаконными делами, связанными с оформлением детских документов. И в ее тетради есть запись о девочке, рожденной в тот день, когда родилась наша дочь. В той же клинике. С той же группой крови, — перечисляет, заставляя мой мир еще больше перевернуться. — Дамир сейчас ищет ее.

— Ты серьезно?

— Ты думал, что я сумасшедшая! А я знала, что наша девочка жива! — восклицает она. — Я ее искала! А ты…

— Прости! — искренне извиняюсь и молю ее о прощении.

— Это уже не имеет никакого значения, Роман, — бросает, и по тому, как она меня назвала, понимаю, что дело совсем плохо.

— Мы расстались с Алевтиной, — говорю ей и пытаюсь поймать ее руку, но она убирает ее за спину. — Я бросил ее! Я только твой.

— Только моим ты был до измены. А сейчас ты уже точно не мой, — хмыкает она. — А с Алевтиной вам надо помириться. У вас ребенок будет!

— Так у нас с тобой тоже ребенок!

— Рома, ты смирился с ее смертью. Ее нет для тебя, — фыркает и ругается на меня. — Я найду нашу девочку и буду ее воспитывать сама. Ты сможешь ее навещать. Но тебе нужно сделать выбор в пользу Алевтины и второго ребенка!

— Я уже сделал выбор!

— Глупо выбирать первое, Рома, — восклицает, продолжая настаивать на своем варианте развития сюжета. Но я не хочу этого. Я не допущу такого. — Если бы ты любил меня, то любовница не появилась бы. Я знаю, что сдала позиции, и ты имел на это право! Ты не хотел меня бросать, потому что жалел. Но я все понимаю и сама отпускаю. Немного злюсь, но мне нужно время, чтобы справиться с чувствами.