Книга Твои границы, страница 230 – Лина Мур

— Круто! — визжит она и убегает в спальню.

Господи. На самом деле мне нравится идея, что Раэлия будет голой постоянно. Это сексуально, и я обожаю смотреть на её тело. Оно восхитительное. Просто идеальное.

Кажется, от меня пахнет сексом, спермой и соками Раэлии. От меня пахнет, или мне кажется? Родители учуют то, что я делал утром на своём обеденном столе с Раэлией? А Минди? А Мирон? Мне нужно принять душ? Но я не хочу. Впервые я не бегу в душ после секса, потому что мне нравится этот запах на мне. Но если это может грозить нашим отношениям, то, наверное, стоит принять душ. Или нет?

— Мигель! — зовёт меня Раэлия.

— Да. Да? — направляюсь в спальню, пытаясь сдержаться от хаоса на полу. Она вывалила из шкафа всю свою одежду и копошится в ней.

— А мне нужно одеваться скучно? У меня нет скучной одежды, — нахмурившись, Раэлия понимает на меня напряжённый взгляд.

Мне стыдно, оттого что она боится одеваться так, как ей удобно. Стыдно, оттого что я заставлял её считать свою одежду вульгарной и неподходящей для меня. Стыдно, оттого что теперь она боится сделать что-то не то.

— Нет. Мне нравится твоя одежда, и как ты в ней смотришься, — с улыбкой говорю я.

— Правда? А твоим родителям понравится? Я просто… ну… это… не хочу, чтобы они посчитали меня шлюхой или…

— Раэлия, — резко обрываю её, и она закусывает губу. — Нет, не смей. Ты не должна менять себя под других людей. Плевать, что они думают о тебе. Ты нравишься мне такой. Мне нравится твоя одежда. Мне нравятся твои волосы. Мне нравится всё в тебе. Поэтому прошу тебя, одевайся так, как ты сама хочешь, ладно?

— Но если…

— Это не важно, Раэлия. Не важно. Ты мне нравишься, а мои родители… они не посмеют сказать тебе что-либо. Я не позволю. И они ничего не скажут. Я уверен, что ты им очень понравишься. Они заездили ту запись с камер наружного наблюдения, когда ты вырубила Пэт и Пола. Поверь мне, ты уже хороша для всех. Ты уже прекрасна. А если людям что-то не нравится, то у них просто нет вкуса, и ты можешь ударить их, чтобы помочь вернуть вкус к прекрасному.

— Ох, ты разрешаешь мне драться? — округляет глаза Раэлия.

— Именно так. А теперь одевайся. Я буду ждать тебя внизу возле машины. Позвоню родителям и скажу, что я еду. Я не сообщил им о тебе, сделаю сюрприз. И заранее извиняюсь за них. Они у меня немного странные, но ты уже и так в курсе. Одевайся, я подожду столько, сколько тебе будет нужно, — подмигнув ей, выхожу из спальни, и теперь мне становится лучше.

Больше никто её не обидит. Никогда. Никто не заставит Раэлию думать, что ей нужно что-то изменить в себе, чтобы её любили. Нет. Она больше не будет зациклена на том, чтобы доказывать всем, какая она сильная. Она и так сильная. И никто не заставит её думать, что быть женщиной это плохо. Я покажу ей, что когда она выглядит и принимает свою женскую сексуальность, это намного сильнее, чем кулаки и драки. Я уж точно проверил всё это на себе. Один стон, и я буду у её ног. Я уже у её ног. Это так жалко на самом деле для многих. Но я хочу поклоняться своей женщине. Хочу радовать её. Хочу слышать её смех и видеть улыбку. Я хочу этого. Это сидит внутри меня. И я хочу окутать всей своей любовью Раэлию. Боже мой, вот это я влюбился. Но как идиот продолжаю улыбаться, потому что мне всё нравится. Я себе нравлюсь рядом с ней.