Книга Твои решения, страница 7 – Лина Мур

Я злобно стискиваю губы, сделав шаг назад.

— Мне не нужны ваши деньги, — цежу сквозь стиснутые зубы. — Я сделал это не для вас.

— Знаю, ты сделал это для Раэлии, опасаясь, что её приговорят к пожизненному заключению. Но это не мои деньги, а моя дочь просила тебе передать их. Я лишь посредник, так как она не желает видеть тебя.

Это ещё больше оскорбляет и унижает меня, загрязняет все мои чувства к ней.

— Она бы такого не сделала, — отрицательно мотаю головой.

— Ошибаешься. Я был у неё, и вот. — Доминик достаёт мобильный телефон и включает запись.

— Мигель. Мой папочка согласился стать посредником между нами. Поэтому вот… это деньги. Я не хочу быть тебе должной больше. Это плата за всё, что я испортила, разрушила, а также на новую машину, ремонт и восстановление после того, как едва не убила тебя. Мне жаль, но не жди меня обратно. Прощай, Мигель.

Да, слышать это было больно. А понимать, что можно так просто выбросить меня, выписав чек за мои чувства, мою искреннюю помощь, да за всё, невыносимо противно. Пытаюсь найти оправдания ей и нахожу сотню. Но это всё ложь. Я никогда раньше не оправдывал людей, старался смотреть фактам глаза, даже если они разрушат меня. Но сейчас так хочется поддаться этой лжи, чтобы выстоять. Я не могу. Это слишком жестоко к самому себе.

— Прости, — Доминик бросает на меня сочувственный взгляд и убирает мобильный. — Я говорил ей, что это плохая идея. Мне жаль. Правда, жаль, Мигель, что моя дочь просто дура.

— Мне тоже, — тихо отвечаю, опускаясь в кресло. У меня даже перед глазами всё кружится. — Я не возьму деньги, вы же знаете об этом.

— Знаю, но я обещал попытаться. Деньги — это то, что мы можем дать тебе, Мигель, но не больше. Таковы мы и другими не будем, — он делает глубокий вдох. — Послушай, я не пытался тебя убить. Это не я объявил на тебя охоту. Моя задача состоит в том, чтобы защитить тебя.

— Почему вы решили, что мне это нужно? — злобно возмущаюсь я.

— Потому что ты понятия не имеешь, как сильно я задолжал тебе. И ты не знаешь, каковы законы нашего мира. Ты здесь ни при чём, просто попал под перекрёстный огонь. Но я бы никогда не причинил тебе вреда. Ты ударил меня, Мигель, и это меня восхищает в тебе. Я уважаю тебя, как человека, как мужчину, и завидую, что мне никогда не стать таким же, как ты. Роко передал мне твои слова о Раэлии. Но я не смогу выполнить их, потому что упустил своё время. Береги себя, Мигель. Ты лучшее, что случилось со всеми нами.

Он направляется к двери. Я должен молчать. Должен…

— Вы можете, — быстро говорю я.

— Что? — Доминик оборачивается, задерживая на мне напряжённый взгляд.

— Нет понятия «упустить время», есть понятие «не хочу». И нужно разбираться именно с тем, почему вы не хотите помочь своей дочери и понять её, поддержать и поговорить с ней честно. Это страх. Страх быть уязвимым, ранимым и живым. Проще всего сделать вид, что всё в порядке. Проще всего убивать и кричать, ругаться и ссориться. Сложнее всего понять друг друга и принять свои ошибки. На их исправление есть время, пока вы живы. И вы нужны ей… хотя бы вы. Раэлия страдает, Доминик, как и вы, как и Роко. Но вы отец, на ваших плечах лежит не только защита своих детей, но и их отношение к вам. Я знаю, что вы понятия не имеете, что такое любовь, и как это любить кого-то. По-настоящему любить, а не сходить с ума из-за больной привязанности. Это сложно, но именно от вас зависит, будут ли ваши дети счастливы и живы. Они вам не доверяют, значит, оба автоматически находятся в опасности. Всё это случилось именно из-за недоверия, незнания вас, как человека. Вы хотя бы раз говорили им, как и что вы чувствуете из-за той или иной ситуации?