Книга Твои условия, страница 45 – Лина Мур

— Охренеть, — шепчет Дрон.

— А можно мне ещё один сэндвич? Я ещё голоден, — прошу, широко улыбнувшись.

— Нет, — рявкает отец. — Тебе больше ничего нельзя. Мы делаем следующее, ты берёшь свою задницу в руки и тащишь её в машину. Мы едем домой, где нас ждёт довольно серьёзный разговор, молодой человек.

Мой рот от шока приоткрывается, кто-то прыскает от смеха. Он что, реально это сказал?

— Ты забыл, сколько мне лет? — шиплю я. — Ты, блять, совсем попутал, старик?

— Нет, это ты попутал, Мигель. Ты…

— Михаил, мать твою! — ору я, заметив, как Раэлия вздрогнула. Но меня сейчас это мало волнует. Я давно уже терплю всё это дерьмо и больше терпеть не собираюсь. Пора ставить точку. Мы танцуем друг с другом слишком долго.

— Ты дал мне это имя при рождении. Оно моё. Я не просил называть меня так, но это имя, к которому я привык и на которое буду отзываться.

— Нет, ты будешь отзываться на то имя, которым я называю тебя сейчас, Мигель. Хватит уже всего этого дерьма. Твоё желание постоянно противостоять мне зашло слишком далеко.

— Ты прав, папа. Я больше не собираюсь с тобой ругаться. Я просто требую, чтобы ты отвалил от меня навсегда. Если тебе не нравится моё имя, данное мне при рождении тобой же, напоминаю тебе об этом, то вали отсюда. Я больше не хочу тебя видеть.

Отец подскакивает с места, как и я.

— Так, хватит вам обоим, — Доминик быстро встаёт со своего места и подходит к нам. — Успокойтесь. Алекс, прекрати вести себя, как обиженный мудак. А ты, Мика, не драконь его. Я понимаю, что ты зол, но у нас есть дела поважнее, чем ваше желание набить друг другу морды. Поняли?

— Тогда заставь его признать моё настоящее имя, — выплёвываю я.

— Твоё имя Мигель, — не уступает отец.

— Нет, это имя, под которым ты трусливо спрятал меня и себя. Это имя, которое тебе было удобно, и человек, который был тебе удобен. А моё имя Михаил Фролов. И я останусь именно им, нравится тебе или нет. Это моё имя. Это мой род. Это моя семья, — делаю глубокий вдох, а затем перехожу на русский. — Это моя история.

Лицо отца бледнеет.

— Это он сейчас на русском говорит? — в шоке шепчет Деклан.

— Я не просто так это сделал. Я защищал тебя и всю нашу семью. Ты понятия не имеешь, через что нам пришлось пройти из-за Грега. Доминик, скажи ему, — произносит отец и выжидающе смотрит на Доминика.

— Да, Грег доставил всем нам много проблем, — говорит Доминик.

Закатываю глаза от его слов.

— И ты Брут, — фыркаю я.

— Но он имеет право вернуть себе свою личность, Алекс. Мика прав, он Михаил Фролов, и ему комфортно быть им сейчас. Он не знает ничего о Мигеле, не помнит его и может отказаться от вымышленного имени, которое ты использовал для его защиты. Он вырос, Алекс. Да и, честно говоря, уже бессмысленно скрывать правду о его происхождении. О нём уже узнали. Всё, Алекс, дерьмо случилось. Это не исправить, даже если называть его Мигелем. Это ничего не изменит, поэтому просто смирись. Это его выбор, и он несёт за него ответственность, а не ты. Он осознаёт всю опасность и смог выжить сегодня. Вот что важно. Он выжил, потому что был именно Михаилом Фроловым, а не Мигелем.

Довольно ухмыляюсь и складываю руки на груди. Вот так. Отец явно не ожидал, что Доминик встанет на мою сторону. Союзников в этой комнате у отца больше нет. Они все на моей стороне, что меня очень радует.