Книга Всё сбудется. Стоит только пожелать, страница 21 – Нионилла Ржевская

— Куда вас отвезти Таир Максудович?

Спросил Глеб, как только я сел в машину. Я задумался. Хотелось скорее вернуться в гостиницу, но наверное Снежана проголодалась, да и я если честно тоже.

— Глеб, есть где-нибудь Итальянский ресторан?

— Есть. В нескольких кварталах от гостиницы, где вы остановились.

— Отлично. Тогда давай сначала заедем туда.

Глеб завел мотор и машина двинулась вперёд выезжая на дорогу.

Всю дорогу думал только о Снежане, даже ресторан выбрал тот, чью кухню любила она. Я помню всё, что она любит, чем увлекается, что её интересует, за все годы не смог это всё забыть.

В ресторане заказал еду на вынос, дождался, когда мне отдали пакеты и поехал наконец-то к любимой.

Открыв дверь номера я застыл, вокруг была тишина.

— Снежана.

Позвал девушку, но ответа не последовало.

Неужели сбежала?

Бросив пакеты с едой на пол, я прошёл в глубь номера и замер в гостиной смотря на хрупкую фигуру девушки, которая свернулась на маленьком диванчике и спала.

Тихо, чтобы не разбудить её, я подошёл к дивану и присел на корточки. Смотрел на безмятежное лицо любимой и не мог поверить, что она рядом, что живая. Не смог подавить желание коснуться бархатной кожи и дотронулся пальцами до щеки девушки. В этот же миг, она открыла глаза и мы так и застыли, смотря друг на друга.

— Ты уже вернулся?

Первой нарушила тишину Снежана, разорвала зрительный контакт и встала с дивана.

— Вернулся.

Еле удерживая свои инстинкты, я встал и отошёл подальше, нам сначала нужно поговорить.

— Я привёз еду из ресторана, давай поедим, а потом уже поговорим.

Скинув с себя пальто и пиджак, я принёс пакеты и разложил всё на столе. Снежана так и стояла у дивана и не двигалась.

— Садись.

Я кивнул на диван и подвинул стол ближе.

— Я заказал Итальянскую кухню, надеюсь ты её ещё не разлюбила?

Наконец-то девушка отмерла и улыбнулась.

— Всё ещё люблю…

Сказала и посмотрела прямо мне в глаза, это звучало, как признание, но я боялся в это поверить.

— Тогда давай кушать.

Девушка села напротив и взяла приборы. Ели мы молча, но мне было так хорошо, как не было уже давно.

— Теперь Снежана я хочу знать, почему ты уехала? И самое главное, почему я столько лет считал тебя мёртвой?

Девушка набрала в лёгкие воздух и проговорила.

— Я всё тебе расскажу, только я думаю правда тебе не понравится.

— А ты думаешь, мне нравилась ложь? Да ты хоть можешь представить себе, что я почувствовал, когда мне сообщили, что поезд, в котором ты якобы ехала сошёл с рельсов? Да я бился, как зверь в клетке! В квартире, которую снимал в тот момент, пришлось делать ремонт и покупать новую мебель. Я крушит всё на своём пути, я пил как заправский алкоголик, просыпался и не знал, какое время суток. Поэтому, я думаю, от правды мне хуже не станет.

Как же я ошибался, когда говорил, что мне не станет хуже.

Стало.

Ещё как стало!

С каждым словом Снежаны, я сжимал кулаки всё сильнее.

Она всё замечала, но не прекращала рассказ и когда закончила, несколько долгих минут я молчал, пытаясь уложить в голове всё, что сейчас услышал.

— И ты хочешь сказать, что всё придумал мой отец? Тот, кому я доверял больше всего? Который видел мои страдания и не рассказал правды?

Я верил и не верил словам Снежаны одновременно. Я просто боялся потерять веру в отца. Он хоть и был всегда строг со мной, но я не сомневался в нём ни разу. А после того, что только что услышал, я сомневаюсь, что вообще смогу считать его своим родственником.