Книга Будешь моя!, страница 29 – Нионилла Ржевская

— Нам нужно поговорить.

Говорит твёрдо и по интонации слышно, что он не примет никаких отговорок. Поднимаю глаза и теперь смотрю прямо в его лицо. Видно, что вчера он «хорошо» отдохнул, мешки под глазами, осунувшееся лицо. Плохо спал? Или много пил?

— Я вчера уже сказала, что нам не о чем говорить.

Он качает головой.

— Есть Есения. Многое нужно прояснить.

Выхода нет, ну раз он хочет что-то сказать, то я выслушаю мне не трудно.

— Говори.

— Не здесь. Поехали.

Он тянет меня к машине, но я не собираюсь никуда ехать с ним. Вырываю руку, когда мы подходим к автомобилю.

— Я никуда не поеду, говори здесь, либо уезжай.

— Есения, не глупи, этот разговор не для улицы, давай поговорим спокойно.

С одной стороны он прав, не хочется разговаривать на улице, а с другой мне совсем не хочется ехать куда-то с ним и дело не в том, что я боюсь его, прежде всего я боюсь себя. Боюсь, что не смогу быть равнодушной, мне даже сейчас хочется подойти ближе, втянуть его запах, пропитаться им насквозь.

— Мы только поговорим.

Делает ещё одну попытку уговорить меня и я сдаюсь.

Будь, что будет.

Сама подхожу к автомобилю и открываю дверь, сажусь, чтобы не дать себе передумать. Он прав нам всё же придется поговорить.

Аким садится за руль, я не могу сдержаться и не съязвить.

— Надеюсь ты протрезвел. Мне как-то не хочется, закончить свою жизнь так быстро.

— Будь уверена, я никогда бы не подверг тебя опасности.

В его голосе чудится забота, но я не хочу верить в это.

Конечно господин Черкасов только способен разбить сердце.

Просто молча отворачиваюсь к окну и смотрю на город.

Машина останавливается у знакомого дома, я замираю, мне не хочется снова заходить в эту квартиру. Тем более после страстной ночи, которую мы провели в этих стенах. Аким глушит мотор и поворачивается ко мне.

— Я не пойду в эту квартиру.

Аким делает глубокий вдох и с шумом выдыхает воздух.

— Послушай. Я понимаю, что всё не просто, я виноват перед тобой, разговор, который состоится не для ресторанов и улиц, поэтому прошу подняться и просто поговорить. Я обещаю, что ты уйдешь в любой момент, удерживать не буду, отвезу домой в целости и сохранности.

Вот почему я не могу сказать ему нет?

Почему, ни к одному мужчине, за столько лет, я не испытывала таких чувств, как к Черкасову, даже на половину?

Делать нечего, открываю дверь, выхожу, жду когда Аким закроет машину. Иду к подъезду следом за ним, думая над тем, чем закончится этот разговор.

Аким

Утро после пьянки было совсем не добрым, мало того, что моя голова трещала по швам, так меня ждал сюрприз.

Застонав, я перевернулся на бок и обнаружил, что спал в своей постели я не один.

— Тимур! Какого хрена ты в моей постели!?

Сейчас я наверное был похож на девку, которая обнаружила постороннего мужчину в постели, но мне было не до смеха. Впервые просыпаюсь с мужиком.

— Да что ты вопишь, как баба!? И так голова болит.

— Ты лучше объясни, как оказался в моей кровати? И вообще, что было вчера?

Я сел на край кровати и обхватил голову руками.

— А ты че, не помнишь?

— Последнее воспоминание, это то, что я рассказал тебе о своём возможном отцовстве.

Друг встал с кровати, вышел из комнаты, а через несколько минут вернулся со стаканом в руке.

— На выпей, легче станет.

Тимур закинул в воду шипучий аспирин и протянул мне стакан.