Книга Будешь моя!, страница 47 – Нионилла Ржевская

У палаты останавливаюсь, почему-то мне страшно сделать этот шаг и открыть дверь. Подавляю в себе это чувство и дёргаю ручку, дверь открывается со скрипом и я захожу внутрь.

В палате горит одна единственная лампочка, тускло, но всё отлично видно. Вижу три кровати, две из них пусты, а вот на последней, у самого окна лежит женщина, глаза её закрыты и она меня не видит.

Я подхожу ближе и не могу поверить, что вижу сейчас в этой маленькой, худой старушке свою тётю. Как же она изменилась. Морщинистое лицо и его нездоровый цвет сразу выдают, что человек болен и очень серьёзно. Она очень сильно похудела, да что там говорить, остались одни кожа и кости. От увиденного, мои губы начинают трястись, а в глазах собираются слезы.

— Ты пришла.

Я не сразу заметила, что глаза тёти открылись и она смотрит на меня.

— Пришла. Я не могла не прийти. Почему ты ничего мне не сказала? Я бы, что-то придумала, ну или…

Договорить не получается, она хватает меня за руку и тянет ближе, я подхожу и присаживаюсь на край кровати.

— Ничего уже не изменить. Я слишком гордая, чтобы просить о помощи, ты же сама знаешь.

Она пытается улыбнуться, но это у неё плохо получается.

— Это моё наказание. Я много плохого сделала в этой жизни. И многое исправить мне уже не под силу. Я хочу столько тебе рассказать, только выслушай. — Я слушаю.

Тётя немного приподнимается я помогаю положить подушку под спину, чтобы ей было удобнее.

— Когда-то давно я влюбилась. Представляешь. Увидела мужчину и всё, пропала. Он был такой красивый, что я каждый раз дышать переставала, когда он проходил мимо меня.

Тётя всё это говорит с улыбкой, которую я никогда не видела на её лице.

— А он ходил такой важный, на меня не обращал внимание. Конечно, зачем ему девушка с лишним весом, когда он любую поманит и она уже возле его ног. Я не знала, что мне делать и попросила сестру с ним познакомиться. Ну думала, они подружиться и я с ним смогу сблизиться.

Её голос начинает дрожать и слеза катится по щеке, но она не замолкает, продолжает рассказ.

— Только я не могла даже предположить, что эти двое полюбят друг друга. Ты только представь, что я чувствовала, когда смотрела на двоих любимых людей, видела, как они целуются, обнимаются. Меня злило всё, я стала их ненавидеть и пронесла это чувство через всю свою жизнь.

Я сижу, сжимаю руку тёти и пытаюсь сообразить о ком она говорит. Сестра была у неё одна и это моя мама.

— Да Есения, я всю жизнь любила твоего отца и ненавидела сестру.

Я не знаю, что сказать, просто молчу.

— Когда они погибли, я даже немного радовалась. Представь до чего меня довела любовь. Ясь прости меня, я и после смерти не смогла забыть твоего отца. Смотрела на тебя и снова злилась, представляла, что у меня тоже могла быть такая же дочь, а когда вспоминала, что ты дочь моей сестры, то не могла себя контролировать.

С каждым словом ей становится всё сложнее и сложнее говорить.

— Я выгнала тебя беременной, я плохой человек и знаю, что именно из-за этого умираю в муках. Прости, пожалуйста, прости. Лишь получив твоё прощение, я смогу умереть спокойно.

Я всегда злилась на тётю, но никогда не желала ей такой участи. Просто не могла понять почему, она была такой, а теперь понимаю.

— Я давно тебя простила, ты сама себя прости.