Книга Ты мой мир, страница 36 – Нионилла Ржевская

Аврора

Хлопья снега падают с неба усыпая землю. Смотрю, как маленький воробей сидя на ветке нахохлился и стряхнул с себя первый снег.

Зима в России наступила в этом году рано, сейчас середина ноября и зима уже устилает землю своим покрывалом.

Вздохнув отхожу от окна, забираюсь с ногами на кровать, ложусь и накрываюсь одеялом с головой. Минут через двадцать слышу, как дверь открывается. Я знаю, кто это, Алла каждый день в это время приходит.

— Добрый день Аврора.

Слышу её голос, который подтверждает мои мысли.

— Привет.

— Как ты себя чувствуешь?

Что мне ей ответить? Правду? Что физически со мной всё хорошо, а вот душа моя умерла в тот день, когда я узнала, что мой любимый никогда не вернётся, что я больше никогда не увижу его и не посмотрю в серые глаза. Не услышу его голос, не смогу сказать, как сильно люблю его и Адам никогда не узнаёт, что у меня под сердцем его дочь. Вместо всего этого, отвечаю односложно.

— Нормально.

Алла вздыхает, встаёт с кровати, слышу, как она шелестит пакетом и по палате распространяется запах еды.

— Тебе нужно поесть Аврора.

Я не хочу и уже собираюсь ей об этом сообщить.

— Хватит! Ты меня слышишь!? Хватит хоронить себя заживо! Вылезай из своего укрытия!

Я одним рывком стягиваю одеяло и сажусь, хочу наорать на неё, сказать, чтобы оставила меня в покое, но не успеваю.

— Посмотри на себя! Что ты делаешь? Не хочешь жить? А может и ребенка ты тоже не хочешь?

Обхватываю живот руками, в попытке скрыть своё сокровище, защитить от неведомого врага.

— Вот и подумай о нём. Да Адама не вернуть, но он подарил тебе частичку себя, своего ребёнка. И будь добра встать и поесть, а потом взять себя в руки.

Я знаю, что она права, но как заставить себя забыть, перестать любить. Она как будто слышит мои мысли.

— Не забывай, люби, пройдет время и возможно в твоей жизни появится другой мужчина, но не забывай Адама, он был прекрасным человеком и навсегда останется в наших сердцах.

Алла подходит ко мне, садится рядом, мы обнимаемся и плачем, вместе. Спустя время, когда следы перестают литься, а остаются лишь редкие всхлипы, Алла заставляет меня съесть всё, что она мне принесла.

Когда она уходит, я благодарю её за всё и ложусь в кровать. Мне становится легче, хоть вся боль и не ушла. Алла права, у меня есть ради чего жить и стремиться.

Закрываю глаза и проваливаюсь в спасительный сон.

Мне всегда снится он, на том самом берегу озера. Это место стало для нас особенным, тот лес и тот домик, в котором я стала счастливой.

Мой сон яркий, как всегда, Адам подходит ближе, берёт за руку.

— Ты стала ещё прекрасней. Дай я по любуюсь тобой.

Стук в дверь разрушает это блаженство и я открываю глаза, теряя любимый образ. Стук повторяется и я уже зная, кто за ней, громко говорю.

— Заходи Богдан, я одета.

Дверь сразу же открылась и в проёме появился кареглазый мужчина с ослепительной улыбкой.

— Привет мамочка. Как дела?

Я села в кровати и хмуро посмотрела на пакет в его руках.

В больнице я уже третью неделю и каждый раз, кто-то приносит что-нибудь. Такое количество еды просто невозможно съесть. Я просила каждого ничего не приносить, но с ними не возможно спорить.

— Я же просила…

Только начала говорить, как Богдан поднял руки и перебил меня.

— Это не еда.