Книга Развод в прямом эфире, страница 26 – Анастасия Ридд

— Алёна Андреевна, что-то случилось? — отвечает он.

— Мне нужно вернуться больницу, — без лишних объяснений выдаю я.

— Вам стало хуже? — с некоторым волнением голосе спрашивает Баринов.

— Да, нет, не совсем, — резко выдыхаю. — Я могу провести еще одну ночь в больнице.

— Конечно! Выписка будет только завтра, — произносит доктор.

— Я скоро вернусь.

Конечно, я могла бы отправиться к родителям и переночевать у них, но это вызовет много ненужных вопросов, которые не сыграют на руку. Пока мне сложно думать холодной головой, поскольку эмоции зашкаливают до предела, но одно я знаю наверняка — все предатели должны получить по заслугам. И если с ними бороться сейчас, то такое сражение не приведёт меня к успеху. Уж лучше взять паузу, собрать больше информации, доказательств, а в нужный момент ударить так, как в свое время «ударили» меня.

На удивление, в больнице я чувствую себя в безопасности и полном спокойствии. Порой от незнакомых людей получаешь гораздо больше поддержки и сочувствия, чем от тех, кому безоговорочно веришь. Есть только один важный минус — я очень соскучилась по детям. Мы часто виделись в стенах больницы, ведь они почти каждый день приезжали ко мне, но это совсем другое времяпрепровождение.

Я возвращаюсь в медицинское учреждение на такси. Слезы куда-то пропадают, но как только я закрываю за собой дверь палаты, они появляются снова. Как же справиться с эмоциями, которые разрушают все внутри?

— Войду? — в дверном проеме возникает голова Глеба Валентиновича.

— Да, конечно.

Он закрывает за собой дверь и садится напротив меня. Я не чувствую неловкости. Молча поднимаю на мужчину глаза, полные слез, и пожимаю плечами.

— Хотите поговорить? — прямо спрашивает он.

— Наверное, хочу, — смущенно отвожу взгляд и замолкаю.

— Чем я могу вам помочь? — летит следующий вопрос, и мое внимание снова оказывается прикольно к доктору.

— Я не знаю. Ничем, — качаю головой. — Вы уже очень многое сделали для меня, для моего здоровья.

— Я ремонтирую не только сломанные руки и ноги, — улыбается он. — Мы с вами это уже обсуждали.

— Глеб Валентинович, почему вы возитесь со мной? У вас так много работы, так много пациентов, а вы пытаетесь излечить душу именно мне, — говорю прямо. — Я помню о нашем предыдущем разговоре, но…

— Может, я хочу стричься у вас без записи. К вам ведь просто так не запишешься. А у меня, скажем так, будут привилегии, — широко улыбается он, а я прыскаю от смеха.

— После того, что вы для меня сделали, для вас я всегда выделю время, — весело отвечаю я.

— Именно этого я и добивался, — присвистывает Глеб Валентинович. — Ну раз мы договорились, то я пойду.

Я удивлён тащусь на мужчину, но по игривым смешинкам в его глазах понимаю, что доктор шутит. Он смотрит на меня с такой теплотой, какое я давно не видела и не чувствовала от своего мужа.

— Я рад, что вам лучше, — в его голосе появляются серьезные нотки.

— Спасибо вам.

— Я могу что-то сделать для вас? — спрашивает Баринов.

— Нет, — отрицательно качаю головой, но пару секунд подумав, добавляю: — Хотя… Если у вас есть на примете толковый пиар менеджер, то я с радостью бы с ним посотрудничала.

— А что случилось с вашим?

— Я больше не сотрудничаю с предателями. Правда, Оксана ещё не знает о том, что я разрываю с ней всякие отношения, — гневно бросаю я.