Книга Учительница сына. Будешь моей, страница 73 – Анастасия Сова

— Я просто не знаю, что тебе предложить, чтобы ты осталась. Понимаешь? Я не умею этого делать. У меня никогда не было необходимости задерживать возле себя женщину.

— Зачем тебе это, Вадим?

— Потому что когда ты сбежала из моего дома, я больше всего хотел, чтобы ты осталась…

Закрываю глаза.

— Никогда не хотел такого, а в тот день захотел. Потому что ты особенная, Диана, — Громов укладывает свободную руку мне на щеку. Гладит. — И я должен был понять это с самого начала, но не разобрался.

Собираюсь ответить, но Вадим перебивает.

— Молчи, — просит он. — Просто дай мне шанс все исправить. Ты ведь тоже этого хочешь…

Конечно, я хочу сказать «да». Хочу проорать это самое «да» и захлебнуться теми чувствами, что этот ответ вызовет во мне.

Но есть что-то, что меня останавливает. И это страх. Страх быть обиженной Громовым. Страх разочаровать его, стать ненужной и пресной.

А что, если ему не нужна я, а это лишь очередная уловка, которой он талантливо пользуется?

Но есть еще кое-что, что гасит внутри любое сопротивление — я буду очень жалеть, если не попробую. Буду жалеть, что не оставила себя шанса быть счастливым. И жалеть до конца жизни.

— Хорошо… — отвечаю, подумав. Мой голос тихий и дрожит. Страшно было произнести согласие. — Давай попробуем.

Диана

Два года спустя

— Привет, — голос Вадима звучит усладой для моих ушей.

Он такой родной и ласковый, что у меня по телу разбегаются щекочущие мурашки.

Громов целует меня в макушку. Уверена, что хочет обнять, но не может, потому что пару секунд назад ему в руки вручили маленький сверток с нашей дочерью.

— Я так скучал… — шепчет он мне, и наши носы соприкасаются. Мы тремся ими друг об друга, и каждый в глубине души мечтает поскорее остаться наедине.

— Ура! — кричат остальные присутствующие возле роддома гости.

Кто-то взрывает хлопушки, издали сигналят машины. Отдаю кому-то огромный букет из белых роз, что привез Громов, чтобы ничто не мешало нам с мужем быть ближе.

— Она похожа на тебя, — констатирую факт и улыбаюсь.

Вокруг шумно, но мы будто не слышим. Стоим рядом, любуясь дочерью. Есть только мы и мир, в котором мы сейчас замкнулись.

Громов на целый месяц уезжал в Германию. Вернулся только сегодня ночью, чтобы встретить меня и нашу малютку Еву из роддома и забрать домой.

— Нужно Захару позвонить, — осеняет меня. — Я ему обещала!

Вадим набирает номер сына и включает видео-связь.

— Привет! — кричит с той стороны мой бывший ученик.

Громов показывает сыну сестру. Улыбка на его лице заставляет меня улыбнуться.

— Поздравляю, родители! — слышу от Захара. — Пап, покажи Диану!

Громов переводит экран смартфона на меня.

— Диан, прости, но Ева — точная копия бати, — делится умозаключением Захар.

— Я не возражаю, — улыбаюсь еще шире. Такой счастливой я не чувствовала себе еще никогда.

Поначалу испугалась, что беременна. Я только-только перешла работать в новую школу, и тут такой сюрприз. Но сейчас понимаю — для меня нет ничего важнее этой маленькой девочки и ее папы.

Работать в школе Громов разрешил мне с трудом. Особенно, когда узнал, что я выбрала самую простую, ничем не примечательную школу. В его понимании я должна была открыть свою. И заправлять там всем. А если и нет, то, как минимум, устроиться в элитное заведение, куда бы он запросто мог меня устроить.