Книга Кривые зеркала, страница 119 – Жанна Даниленко

— Ничего не понимаю… — Женщина изменилась в лице. — Утром пришёл Тёмка и позвал моего сына на речку купаться, сказал, что едут с вами на дедовой машине.

И вот тут всё встало на свои места, пазл, как говорится, сложился. У Ивана в душе поднимались злость и страх. И ещё чувство вины.

— И где их теперь искать?! — Соколовский в сердцах стукнул кулаком по забору. — У меня мать с давлением — машина у них, видите ли, пропала. А тут не машина, тут внук неизвестно где!

Женщина схватилась за сердце и жутко побледнела.

— Это они одни на речке, что ли? — обречённо спросила она.

— Не знаю, кого они ещё с собой прихватили, а вот то, что они по трассе гоняют без прав… — Больше он ничего сказать не успел, потому как мама Андрюшки пошатнулась и, неловко взмахнув руками в попытке ухватиться за забор, съехала прямиком в куст крапивы.

Иван плечом выбил калитку, подхватил отнюдь не хрупкую женщину и внёс в дом. Уже оттуда, предварительно устроив мать Андрея на диване и не обнаружив ни тонометра, ни аптечки, вызвал скорую. И только после отъезда коллег и нормализации состояния предложил ей пройти в дом родителей — вместе ждать как-то сподручней.

Теперь, когда всё прояснилось, о вызове милиции речи и быть не могло. Тут надо опасаться, чтобы доблестные стражи порядка по собственной инициативе не нагрянули. А вот как найти угонщиков дедовского авто, Иван думал. Он понятия не имел, куда детишки могли поехать. Постепенно злость начала преобладать над остальными чувствами — не ждал он такой подляны от сына.

— Ванечка, что ты от окна не отходишь? — спросила мама, наливая чай матери Андрея. — Садись с нами, всё равно ты ничего нового не высмотришь. Тёма хорошо водит, Дима его лет с пяти учил. Помню, бывало посадит его к себе на колени, и Тёмочка рулит, а Дима на педали жмёт. Счастливы были оба. А лет в семь Тёмка снял с ручника старую «Волгу» и поехал в забор, хорошо, что скорость небольшая была. Вот тогда он напугался…

В голосе матери звучала гордость, но Иван её оптимизма не разделял.

— Знаешь, мама, слушаю я тебя и диву даюсь, как я мог думать, что у вас Артёму будет безопасней, чем дома с родителями? Как я вам доверил своего единственного ребёнка? Если б я его воспитывал, то в первую очередь учил его ответственности.

— Хочешь сказать, что мы его разбаловали? Не отрицаю, есть немного, — развела руками мать. — Но у нас ребёнок накормлен и ухожен, а ты дома-то бываешь, чтобы судить, чему бы ты его в первую очередь учил? Ты ж или на работе, или у шлюхи своей. Когда тебе ребёнком заниматься?

Иван заметил осуждающий взгляд родительницы Андрея.

— Мама, — твёрдо произнёс он, — давай ты больше не станешь в таком тоне говорить о человеке, которого в глаза не видела. Самую порядочную на всём белом свете Светочку вы мне уже подогнали, теперь не избавиться.

Мать Андрея сидела за столом тихо-тихо, будто в рот воды набрала. Быть свидетелем скандала в благородном семействе Соколовских ей, по всей видимости, совершенно не хотелось. А Иван злился на то, что мать при постороннем человеке оскорбляет его женщину. А если они с отцом и Тёмку против Юли настраивают? Почему он не подумал об этом раньше, почему ему казалось, что его родители примут Юлю? Теперь становилось понятно, что не примут. А ещё, что его счастье их совершенно не волнует. Важен только фасад, картинка, за которой спрятаны грязь и экскременты. Забирать надо Тёмку. Пока не поздно — забирать!