Книга Кривые зеркала, страница 67 – Жанна Даниленко

По идее, Иван должен был ненавидеть Лапина, но этого не было, была жалость к ещё одному несчастному мужику, у которого куда ни глянь — везде засада.

— Выходит, мы с вами почти родственники, у нас одна баба на двоих, — рассмеялся Иван. — Вот мы встряли, Александр Васильевич!

— Так ты не знал… — Лапин растерялся.

— Нет! Что в «библиотеку» Светка не просто так ходит, я догадывался, но кто у неё источник знаний, понятия не имел. Но вы ко мне пришли не ради Светки, пусть ваши грехи остаются на вашей совести, меня они не касаются. Я поставил точку в отношениях с женой, так что она вольна время проводить с кем хочет и как хочет. Вы же понимаете, что по большому счёту она не любит ни меня, ни вас. Использует — да, но не любит. Ей нужна карьера, власть и положение в обществе. Что касается Юли, то я люблю её. Вот так всё просто и сложно одновременно.

— Когда ты её, Ванька, полюбить успел? Вику, медсестру из оперблока, тоже любишь? А кто там у тебя был до Вики? — Лапин злился.

— Не надо шуметь, Александр Васильевич. Вика — это так, проходящее, и не любил я никогда ни её, ни тех, кого вы имеете в виду. Я вашу дочь знаю год. С того самого момента, когда она ко мне устраиваться на работу пришла, чтобы материально помочь семье, вам то есть. Она брата или сестру хотела. Думала, если поможет деньгами, то у вас всё сложится. Вы знали? Вот тогда я влюбился, только понял это гораздо позже. — Иван наблюдал, как смутился Юлин отец, как отрицательно покачал головой, но продолжил. — Я боролся с собой, как мог, я старался не пересекаться с ней, но судьба распоряжалась иначе. Сами знаете. Я понимаю, что вы чувствуете. Я сам отец и за своего ребёнка готов всех порвать. Но вы мне скажите, чем я хуже того сифилитика, которого вы ей в женихи привели? Я, в отличие от него, здоров. И повторюсь, я люблю её.

— Какого сифилитика, Ваня? — Лапин выглядел совсем убитым, а потом будто понял что-то и, вскочив со своего места, стал ходить по кабинету, судорожно сжимая кулаки.

— Ну, может, и не сифилитика, хотя кровь на RW я у него не брал, сразу отправил к венерологу — Мишке Лившицу, вы его знаете. Но острая гонорея у недожениха точно была. — Иван позволил Александру Васильевичу переварить информацию и продолжил. — Я не обижу Юлю. Приложу все силы к тому, чтобы она была счастлива.

— Не такой доли я для дочери хотел. Благословлять вас я не стану, сам понимаешь, и на ваш союз тоже никогда не соглашусь. Не для тебя я дочь растил. Но я не могу вмешаться в ваши отношения, Юля меня не поймёт, и я могу потерять дочь. Так что позволю ей набивать шишки, и руки подставлю, если что. — Иван кивнул в ответ, но глаза не отвёл. — Если она хоть раз из-за тебя заплачет, ты её больше не увидишь. Я позабочусь, чтобы так и было.

С этими словами Лапин покинул кабинет Соколовского, громко хлопнув дверью.

Не успел Иван осмыслить происходящее, как его вызвали в приёмный покой.

В отделение экстренной помощи прямо из спортивного комплекса по скорой поступил молодой человек двадцати одного года с болью в животе и многократной рвотой. Пациент штангу тягал профессионально, к соревнованиям готовился. Проходил медкомиссию и не одну. Как спортивные медики просмотрели проблему? И пришлось теперь Ивану проводить опрос, осмотр, сделать рентген, а затем собирать консилиум по поводу наличия дефекта в левом куполе диафрагмы, через который в левую половину грудной клетки из брюшной полости мигрировал почти весь сальник и часть поперечной ободочной кишки с признаками ущемления и толстокишечной непроходимостью.