Книга Бандерос для училки, или Мечты сбываются…, страница 60 – Мари Александер

Выдохнула и снова развернулась в руках моего мужчины, теперь мне неважно было, что там делает или говорит бывшая родственница.

— Я попыталась вспомнить слова из документа дословно, – похвалилась я, глядя в любимые глаза, – а Игнатий Аркадьевич подтвердил, что первично предоставленный биоматериал, то бишь замороженная сперма моего покойного свёкра, что 30 лет назад, что сейчас, непригоден для зачатия. И Влад по крови не Ледофф, но по завещанию, при отсутствии других наследников по крови, единственным наследником остаётся он.

Я ведь, когда начала читать договор, у меня волосы дыбом встали, и я поняла, почему Антон сказал мне тогда те слова, да там практически был договор о суррогатном материнстве, хотя даже не суррогатном, ведь использовалась моя яйцеклетка. Фактически, если считать, что мне ребёнок не нужен и я собиралась его отдать, то это была продажа ребёнка, но завуалированная. Поняв это, я испугалась того, что мне придётся реально по судам отвоёвывать своего же ребёнка. Я смогла спокойно вздохнуть только после того, как случайно, уже по третьему разу перечитывая сам договор и приложенный отчёт о проведённой процедуре, наткнулась на это примечание. А когда Игнатий Аркадьевич подтвердил и объяснил, где в документах искать этот листочек, где латинскими словами, непонятными для меня, был подписан приговор матриархальным планам Ледофф и моё освобождение от этого семейства.

— Скажите, а Влад знает, что он не сын своего отца по крови? – спросила я её.

— Нет, этот сын шлюхи и не подозревает, что когда-то его мать обманула моего брата и залетела то ли от садовника, то ли от водителя. Ведь она вынашивала его дольше положенного срока, а брат на ней уже женился, дурак поверил ей сразу, как только она показала ему положительный анализ.

— Ну, эти подробности нам уже не нужны. Думаю, вы можете покинуть нас, – остановил её Антон.

— Мы ещё встретимся с вами в суде, я заберу у вас наследника моего брата, – не веря мне, настаивала она на своём.

— Доктор Миры вышлет вам результаты проверки биоматериала вашего брата. И если хотите, наш адвокат встретится с вами. А сейчас прошу покинуть нас. Будущей матери моих детей нельзя нервничать, – голос Антона был строгий и не терпящий возражений.

Поняв, что сейчас она ничего не добьётся, бывшая родственница удалилась.

А нам нужно было ещё столько обсудить и решить.

Но мы действительно слишком соскучились друг по другу, и поэтому все обсуждения и принятие важных решений продолжились уже после.

Утром за завтраком мы продолжили разговор. И наученная горьким опытом, я честно отвечала на все вопросы, и не так как раньше. Когда мы выяснили всё, и я всё-таки согласилась стать Стрельцовой.

Вечером того же дня мы поехали в «родные пенаты». Я немного нервничала, мне предстояло официальное знакомство с семьёй в качестве невесты.

— Антон Стрельцов, если ты и дальше будешь сквернословить, я пойду за мылом!

Это было первое, что я услышала, начиная приходить в себя после наркоза. Да, пришлось всё-таки делать кесарево, девочка решила родиться в свой срок, как и полагалось, поэтому братика пришлось поторопить с появлением на свет.

— Мама Наташа, ну не надо на него напирать, Антона тоже можно понять, у него жена там лежит после сложных родов, а его не пускают, – это уже говорила моя подруга.