Книга Бандерос для училки, или Мечты сбываются…, страница 8 – Мари Александер

Поняла, что прикинуться шлангом не удастся, посмотрела на своё отражение в зеркале. Насколько это было возможно в сложившейся ситуации, привела себя в порядок и (пытаясь не задумываться о том, что на мне нет трусиков, и где они я даже не представляю), всё ещё цепляясь за мою "каменную стену" в лице Антона Стрельцова, предстала перед тётей Лизой.

— Здравствуйте, Елизавета Владленовна, – поздоровалась я с ней.

Её мужу кивнула, на Влада даже не посмотрела.

— Ну, как я вижу, дела у тебя в порядке, – улыбнулась она мне и протянула руку для приветствия…

Только не мне, а Бандеросу, со словами:

— И как зовут того, кто знает толк в женской красоте, а не кидается на кости, как все современные мужчины?

Моя каменная стена, обнимая меня одной рукой, двинулся навстречу этому чёрту в милом старушечьем обличии и поцеловал ее благородно протянутую к нему руку с одним, но очень большим перстнем.

"Ну, прямо как королева Англии! Тьфу ты", – снова подумала я и чертыхнулась, когда сама по инерции чуть не сделала книксен.

— Антон Стрельцов, – представился он.

Тётя Лиза посмотрела на Антона одобрительно, а потом на меня опять вопросительно, ожидая моих пояснений, наверное.

Я задумалась: и как мне определиться со статусом данного конкретного мужчины? Хорошо хоть успела заткнуться и не ляпнуть первое, что пришло мне в голову: "Знакомьтесь, отец моей ученицы Виктории Стрельцовой". Ну не говорить же, что это мой случайный любовник, да я до сих пор не могла понять, как случилось то, что случилось.

Мои раздумья прервал мой бывший муж, он, скорее всего, сразу не узнал Антона, слишком коротким было их первое знакомство, и в тот момент он дольше изучал капот своего авто, на затылке-то глаз нет, а потом поспешил удалиться. Но вот фамилию моего защитника он как-то узнал, видать, свидетелем того их знакомства была не только я, и, конечно же, эти свидетели не могли не узнать Бандероса – слишком хорош «Мой Бог». В нашем сплошь дамском педагогическом коллективе не одна я втихаря сохла по нему. Что и поспособствовало моему увольнению, не простили, позавидовали "сопернице".

Сложив 1+1, Влад получил 10, и снова посыпались оскорбления в мой адрес.

— Так, значит, это с ним у тебя чисто профессиональные отношения? "Отец моей ученицы", – передразнил мои же слова бывший.

А дальше снова мат и прочее.

Моя "каменная стена" убрал руку с моей талии и отстранился от меня, разминая кулаки.

— Что ж, проведём воспитательную работу, – сказал Бандерос и направился в сторону Влада.

Но был остановлен. Нет, не мной, а старушкой божий одуванчик.

— Не стоит марать руки, да и вряд ли это впрок пойдёт, – сказала она Антону, а посмотрев на племянника, снисходительно добавила: – Ума уже не прибавится, а наоборот, большая вероятность, что и последних мозгов лишится. Владлен, закрой рот!

При упоминании имени, данного ему при рождении, мой бывший муж поубавил свой пыл и снова отошёл подальше к двери, и уже оттуда сообщил причину своего визита.

— Хватит тут рассусоливать, она должна побыстрее съехать с этой квартиры. Документы я уже подписал.

— Ты только вчера говорил, что у меня есть ещё неделя? Я ещё не готова к переезду, – не сдержала я изумления.

— Так надо было этим заниматься, вещички паковать, а не трахаться со всеми подряд.