Книга Отец подруги. Я не буду твоей, страница 39 – Алена Худова

Реван лишь кривовато усмехнулся, но ничего не сказал. Я была ему за это благодарна. Даже не столько за еду или хоть какую-то тактичность, а за временное перемирие.

У меня реально как будто разом кончились все силы, и теперь мне нужна была небольшая передышка. Но все же было одно «но».

— Почему ты не ешь? — спросил Реван. — Ты же голодная.

— Я не хочу быть вам должна, — ответила я, хотя я уже была должна за вино.

— Давай сделаем так, — коварная улыбка блуждала по лицу Ревана. — Представь, что сейчас ты кушаешь совсем одна. Меня нет рядом. И ты ешь за свои деньги. Хотя я бы и так тебя не попрекнул ни едой, ни прочими тратами. Так что сделай мне одолжение: просто поешь. Сейчас, на время этого обеда, ты в полной от меня безопасности. Идет?

— Правда? — я стала совсем ленивая и расслабленная от вина.

— Правда, — в голосе Ревана проскользнуло разочарование.

Он явно планировал по-другому провести обеденное время со мной, но все же он решил изменить свои планы.

— Спасибо, — робко ответила я и принялась за еду.

Ничего, я потом просто посмотрю счет и найду способ заработать эти деньги и отправить их Ревану, а сейчас мне дико хочется есть...

— Что это ты там высматриваешь? — спросил Реван, увидев мой робкий маневр взглядом в сторону счета.

Я уже вкусно покушала, и теперь мне еще меньше хотелось воевать с Реваном. Если честно больше всего мне сейчас хотелось поспать.

— Пожалуйста, можно на минутку? — я все же заставила себя настоять на своем, хотя глаза буквально слипались после обеда и вина.

— Расслабься, курносая, — усмехнулся Реван, прекрасно понимая мое состояние. — С момента как я стал подростком, ни одна женщина ни за что не платила в моем присутствии.

— Как же вы учились? — машинально спросила я, улетев мыслями куда-то в свои думы. — Неужели вы поступили на бюджет?

— Я не учился, — он вдруг уставился на меня прожигающим взглядом, а я нервно сглотнула.

Конечно, он не учился. Видно же, что этот мужчина отсидел. Я не могла сказать точно по каким критериям это было заметно, но я ощущала это подсознательно. И сейчас я как будто еще больше в этом убедилась.

— Извините, мне нужно домой, — я собралась с мыслями, однако телом никак не получалось. — Очень хочется спать.

— Поедешь ко мне и поспишь, — Реван не сводил взгляд с моих губ. — Наш вечер может затянуться. Тебе нужно отдохнуть.

— Нет! — я нахмурилась. — Я никуда больше с вами не поеду. Простите меня, Реван Викторович, но...

— Помолчи, — осек меня он. — Я нужен тебе. Точнее моя защита. Тот петух мажористый еще может тебя обидеть. Он понимает, что я его за это в бараний рог скручу, но он может переложить это дело и на своих дружков. Мало ли поймают тебя опять сзади дома...

Реван сжал кулаки и челюсти, а затем послышался угрожающий хруст.

Я аж вздрогнула. Я так и не поняла что же у Ревана хрустнуло: челюсть или кулаки, но это для него явно была только разминка. Я машинально вжалась в спинку стула и еще раз сглотнула.

— Я... никуда... не поеду, — прошептала я, испытывая страх от суровости Ревана.

Одно дело когда он пристает ко мне и все это выглядит как будто не очень опасно, и совсем другое, когда он ведет себя как в первый день, словно желая растереть меня в порошок.

— Поедешь, — спокойно и уверенно ответил он, вложив несколько крупных купюр в папку-расчетницу, а затем поднялся из-за стола и протянул мне руку. — Учти: твои крики и сопротивления приведут только к тому, что мне придется доплатить работникам ресторана за лишний шум. Тебе никто не поможет. Не лучше ли если я отдам эту сумму тебе?