Книга Хирургическое вмешательство, страница 115 – Серена Никки, Наталья Косарокова

— Не беспокойтесь, Николай, — поспешила успокоить его Аня, — все будет хорошо. Просто все так резко закрутилось. Это для нас такая неожиданность. Я, правда, не готова. Но мы справимся, да, Феденька?

— Да, я нашему Аверину доверяю, — уверенно заявил мальчик.

Слова прозвучали двусмысленно, и Аня поспешила объясниться.

— Это он так считает из-за небольшой путаницы в поликлиники. Как нам стало известно, Авериных здесь трое.

— Вот как? А кто третий?

— Это девочка, точнее тетя.

— А я значит Ваш Аверин, да, Федя? — говоря это, Николай смотрел на Аню, и она немного смутилась под его взглядом.

— Да, Вы наш, — кивнул мальчик, а Анна коснулась плеча Николая.

— А можно мне с Вами? Я тихонечко как мышка посижу, — почти шепотом дрожащим голосом проговорила Анна.

— В операционную? — уточнил Николай, на что Анна кивнула, а он склонился к уху и добавил. — Нет, Анечка, в операционную нельзя. Не положено. Все будет хорошо. Верьте мне.

— А Вы…

— Что?

— Нет, ничего, пусть Вам бог поможет… — очень тихо проговорила Аня, но он услышал, и от этих слов в сердце кольнуло. Ведь перед операцией он и сам не раз себе это говорил. Особенно когда случались критические ситуации, и сейчас Аня словно в душу смотрела, и прикоснулась к самому заветному…

К процедурному кабинету подошла молодая женщина с яркими чертами лица.

— Николай Владимирович, — произнесла она и стала открывать дверь.

— Катя, вверяю в твои надежные руки свою хорошую знакомую, Анну.

— Не беспокойтесь, — сразу всем ответила Катерина, — все сделаем по высшему разряду. Давай, смелее заходи, — кивнула она Феде, — покажу тебе кое-что интересное.

Аня резко подскочила и уже тоже была в кабинете.

— Мамочка, — глянула на нее медсестра, — вам лучше подождать за дверью.

— Нет, я останусь, — настаивала Аня, — это мой ребенок. Я должна видеть все, что с ним делают.

— На операции Вы тоже собираетесь присутствовать? — усмехнулась Катерина.

— Если бы можно было, то да, — вполне серьезно ответила Аня. Она не хотела оставлять ребенка, и слова Николая, которые вселяли уверенность, перестали вдруг действовать, как только он ушел.

— Нет-нет, — Катерина попыталась открыть дверь, чтобы Аня вышла, но та сдвинулась в сторону и сильно побледнела, — так, мне тут еще мамочкиных обмороков не хватало. Знаю я это дело, чуть что, и храбрость ниже плинтуса падает, а мне потом Вас в чувства приводить.

— Не переживайте за меня, — настаивала Аня, — мне так легче будет, поверьте. Я не упаду в обморок от вида крови.

— Ну ладно, — сдалась Катерина, — под личную ответственность Николая Владимировича.

Аня обрадовалась и согласно закивала головой. Это первый кабинет, где ей не пришлось долго ругаться, требовать своего присутствия, и откуда ее не выгнали. Катя уложила Федю на застеленный белой пеленкой стол вогнутой формы и перевязала его руку жгутом.

— Поработай кулачком немного. Вот так, умничка. Аня, а Вы кем приходитесь Николаю Владимировичу?

— А что такое? — задала встречный вопрос Аня.

— Да просто. Он так интересовался Вашим делом и лично все держит на контроле. Вы, наверное, ему родственница?

Аня не готова была к подобному вопросу и не знала, как правильно ответить. Любопытство персонала вполне оправдано. Всем интересно, чем живет их начальство.

— Да, — соврала Аня, но лишь для того, чтобы исключить лишнее любопытство, — и наши родители хорошо общаются между собой.