Книга Хирургическое вмешательство, страница 176 – Серена Никки, Наталья Косарокова

Время шло, а незнакомые дяди почему-то не приходили. Джеджик сполз с дивана и прошелся по помещению. Захотелось в туалет. На подоконнике одного из окон он нашел в пакете большой поджаристый пирожок. Взял пакет и отнес его на диван. Сам сходил в туалет. Когда с ним были похитители, с унитаза смывалось из ведра. Теперь же стоял невыносимый застоявшийся соленый запах. Джеджик сделал свое дело и, зажав носик, вышел.

На диване обнаружилась большая прозрачная упаковка сухариков, подобные продаются в крупных магазинах дешевых товаров. Джеджик такие не кушал, ведь мама говорила, что это вредная еда. Она сама им готовила вкусные сухарики.

Мальчик поднял пачку, собрал рассыпавшиеся кусочки и отнес ее на окно. Тут же стояла пол литровая бутылочка с водой.

Время шло, солнце уже описало приличную дугу по небу, а мальчик оставался по-прежнему один. Он не понимал, почему около него больше никого нет. Даже баба Яга не пожаловала. Он долго играл в свои игрушки, но они ему все же надоели. В спинке дивана в ткани была огромная дыра. Вот туда Джеджик и забрался как в домик и устроил свой гараж. Педантичность в нем была врожденной. Даже в таких условиях его транспорт находился в идеальном состоянии. Все машины рассортированы по цвету, размеру и расставлены в линеечку.

Джеджик вылез из своего укрытия и почувствовал голод, от чего начать есть сухарики. Пирожок уже давно закончился и благополучно переварился, а кушать очень хотелось. Он обошел все помещение, попытался заглянуть в каждое окно, но Женя мальчик маленький и ничего кроме неба не мог увидеть.

Неожиданно обнаружилось, что дверь, которая всегда до этого была заперта, оказалась открытой. Джеджик осторожно вышел на площадку и негромко позвал.

— Эй, кто-нибудь?

Ответом ему отозвалась тишина и собственное эхо. Площадка оказалась достаточно большой, но это не комната. Тут не обнаружилось дверей, зато были две широкие лестницы. Одна вела вниз, другая вверх. Мальчик всю свою короткую жизнь жил в селе и по таким ступеням ходить не приходилось. Он подошел к той, что вела вниз и, взявшись крепко за перила, вытянул шею.

Конец лестницы утопал в тени. Малышу показалось, что она бесконечная. Вниз никак не хотелось, там темно и страшно, а в темноте водятся бабайки. Женя подошел к той, что ведет вверх. Наверху тоже было темно. Чтобы забраться на ступеньку ему пришлось высоко поднимать ноги. Он взошел на три ступени вверх и остановился. Мальчик испугался того, что, забравшись выше, он не сможет вернуться назад и слез обратно на площадку.

Одиночество ощущалось как никогда. Джеджик быстро вернулся к своему дивану и спрятался в укрытие, ведь тут намного теплее, и среди его машинок не так страшно. Слезы тихо покатились по щечкам. Он сидел и растирал глазки, когда вдруг замер.

В помещение кто-то вошел. Отчетливые шаги слышались около входной двери, но тот, кто вошел не позвал его. Женя сидел тихо и не шевелился.

— Фу, какая вонь, — раздался незнакомый мужской голос, — тут походу подростки устроили свой притон. Нагадили в унитаз и рваный диван приволокли.

Незнакомец топтался у сиденья дивана и окна. На радость Джеджика он не догадался обойти диван по кругу.

— Там дверь на парковку. Она чем-то приперта с той стороны.

Голос продолжал разговаривать сам с собой. Женя как не прислушивался, так и не услышал того, с кем вел диалог незнакомец.